– Как ты тут очутился, хитрюга? Ты один?
– я на всякий случай заглянул в проделанный лаз и прислушался. Лисята обычно не разлучались, даже повзрослев. Были смутные шумы, кажется, голоса, но стрельбы не слышно. В душе всё похолодело: неужели всё? Выиграли? Нет? Сколько я провалялся? Надо торопиться...

– Ну и видок у тебя.
– Быстро я осмотрел зверька: лапы в крови, ухо, кажется, сломано, на боку - неглубокий, но длинный порез, нос расцарапан.
– Ничего, до свадьбы заживёт.
– Сразу передал довольно увесистого зверя в руки сына.
– Раны обработай и живчика налей ему. За девочками смотри, - бросил взгляд на спящую супругу и дочь, а сам уже снимал заскорузлые бинты и забивал карманы новой разгрузки взятыми из шкафчика инструментами, медикаментами.

– Пап... Я с тобой хочу.

– Угу. В призрака как научишься перекидываться, так и пойдёшь. А их, - кивнул на спящую половину семейства, - на кого, на Нифа оставишь? А если там - прорыв? Кто защитит, кто выведет из города? На кого им надеяться?
– Раздражённо бурчал я, торопливо зашнуривая ботинки.

– Да понял я, понял, - погрустнел он и уткнулся носом в макушку Нифа, которого так и держал на руках, крепко прижимая к груди.

– Вот и хорошо, что понял. У каждого из нас есть обязанности. Твоя на данный момент - защитить семью. Всё, давай, - я порывисто обнял сына, ещё раз взглянул на Асю и, потеряв материальную плотность, полез сквозь сплющенную машину, надеясь на скорый выход из подвала.

Выбравшись на крышу собственного разрушенного дома, я увидел, как люди вокруг разбирают завалы. Наши люди, жители родного Светлого... Парадиза... Я выдохнул с облегчением, первый кирпич, давивший на душу, отвалился...

– Док?! Док, скотина!!! Живой!!!
– Раздалось за спиной голосом Фомы, и не успел я развернуться, как меня сграбастали в богатырские объятия Лешего.

– Семья?
– спросил батька, отстранившись и с беспокойством заглядывая в глаза.

– Да живы все. В подвале, блин. Завалило нас, а я ранен был. Что тут у вас?
– прорвало меня на нервах.

– Успели...
– с облегчением выдохнул Леший.
– Молодца!
– И хлопнул по спине так, что чуть весь дух не вышиб, не хуже обвала.

Я кхекнув сначала, открыл рот, пытаясь вдохнуть, а после захлопнул и уже более осмысленно, без адреналинового всплеска, спросил, что произошло и все ли живы, имея в виду наш круг общения, друзей. Естественно, без жертв не обошлось, но...

– Идём, раз всё в порядке. Времени нет. Твоих и без нас достанут, не переживай, - сказал Леший.
– У нас Филин погиб...

Я встал, как вкопанный.

– Идём, идём. Нынче - время мстить, а скорбеть мы после будем.
– Продолжил батька, развернувшись в пол оборота.
– Девчата ранены... общежитию женскому с лихвой досталось. Алина опросталась раньше срока, а ей ещё сколько ходить, месяца где-то два-три?

– Два.

– Во-от, а она сегодня утром Студенту сына родила... Торос и Арман получили лёгкие ранения и уже через пару дней должны быть на ногах. А Руслану с Натальей я попросил остаться и переночевать у меня в бункере. Они в гости вчерась наведались. Вовремя. От их дома и камня на камне не осталось...

Пока Леший всё это мне рассказывал, даже и не заметил, как дошли до здания администрации. Вся улица забита машинами, люди суетятся, бегают.

– Что это?
– Поинтересовался я у Лешего.

– Полная мобилизация. У нас запас - меньше часа. Идём в контратаку, иначе... если не успеем...

– Если бы этот козёл не зажал тогда то, что Кир попросил, то не бегали бы сейчас, а бабахнули, и делов-то всех!
– Со злостью высказался Фома, идущий рядом со мной, и плюнул в сторону сквозь зубы.

– Всё бы тебе бабахнуть. Нельзя, Фома, там тоже люди и они не виноваты. Вырезать гниль вручную придётся и как можно с наименьшими случайными жертвами. Ю-ве-лирно...
– протянул Старший назидательно по слогам, выставив перед носом недовольного Фомы указательный перст.

– Ну, шо у вас тута за подарок?
– С порога, как только раскрыл двери в зал совещаний, спросил Леший уже сидящих за столом друзей и, зацепившись взглядом за косматую гриву, а иначе эту причёску и назвать нельзя, насторожившись, сощурил глаза. Вслушался.

– Знакомая музыка души... Базиль! Жив, значит, старая шельма!
– Распахнул объятья Леший, шагая к столу.

– Узнал...
– обрадовался мур, подскочив со стула навстречу Старшему, но тут же смутился и шагнул назад.

Леший остановился, ничего не понимая, посмотрел на старого знакомого.

– И я рад тебя видеть. Очень, но прости, руки не протяну. Не по чину тебе с мурами ручкаться.

Мышцы на шее Лешего заметно напряглись, он до хруста сжал кулаки.

– Плохая шутка, Базиль.