— Не переживай, всем достанется, — подколола ее подружка.

— Ничего не понимаю, — улыбаясь во весь рот, пискнула, пытаясь разобраться в ситуации.

— Так и не надо, — буркнула Карина.

— Ты красива. Даже очень, — шепотом произнесла Валеся и подмигнула. — А мужчин в нашем захолустье не много.

Но я все равно не уловила суть этого бредового разговора. Обратив внимание на этот прискорбный факт, умница Валеся решила все же пояснить.

— Мужчин мало, а обновлять цвет глазок острая необходимость, — хмыкнула она. — Иначе не выжить.

— Девочки, может, выпьем за знакомство, — перебила Карина и, как волшебник, достала из-за спины небольшую бутылочку ярко-красной настойки.

Я ошарашенно переводила взгляд с улыбающихся лиц на напиток — с бутылки на физиономии теней. А тени бессовестно ржали, так громко и так вызывающе, что стало, если честно, не по себе.

Первой в себя пришла Валеся и, отдышавшись, сказала:

— У меня нет проблем с потенцией, — еле выговорила последнее слово, приткнулась к опрокинутому диванчику и беззвучно загоготала, нервно тыкая пальцем в настойку. — Интересно, для кого сюрпризец готовился, — давясь от переполнявших эмоций, выдавила из себя девушка.

Карина, вытирая слезы, решила прояснить ситуацию:

— На женский пол не действует. Для нас это лишь клюквенная настойка. Увы, другого не держим, только необходимое для выживания, — громкий гогот сотряс стены небольшой комнаты.

— А может чайку? — покрываясь пунцовым румянцем, произнесла я, стараясь смотреть себе под ноги. Ну, что я такого сказала? Девчонки прокатились со смеху.

— Возбуждающего женскую плоть? — взвизгнула Карина. — Такой тоже имеется.

— Ну, уж нет. Гулять, так гулять, — и взяв нас с Валесей под локотки потянула в огромную дверь в конце коридора. Там оказалась приличных размеров кухня.

Кухня оказалась огромной, с разными видами приспособлений от магических до простых — человеческих. Немного даже растерялась от такого обилия всяких сковородок, баночек, скляночек и мерных стаканчиков всех мастей. В середине стоял огромный дубовый стол из черного дерева и к нему прилагались красивые резные стульчики. Панорамное окно, распахнутое настежь, выходило в небольшой огороженный садик с необычными и незнакомыми мне деревьями. Открывающийся вид заканчивался огромным высоким забором без единой щелочки. Такое расположение создавало иллюзию увеличенного пространства — кухня плавно переходила в сад.

Карина, проследив за моим взглядом, немного качнула рукой в сторону сада и сказала:

— Грядки нужны для выращивания трав, тех, что трудно найти, блуждая по лесу. Редкие экземплярчики мы высаживаем здесь, а потом сушим, варим, жарим, продаем…

— Выпьем за знакомство? — перебила ее Валеся и достала ярко-зеленые перламутровые стаканы. Ловко разливая вино и одновременно сервируя стол, тени переглядывались, но больше не произносили ни слова. Речь, по всей видимости, должна толкнуть я.

— Вы обе травницы? — произнесла тихо. — Вы же тени? Как такое возможно.

— Официально травница я, — хмыкнула Валеся. Почему-то я не сомневалась в этом. — Карина помощница, которая в будущем покинет это место. А ты — ее смена. А это, — обвела руками внутреннее убранство дома, — пункт по безвозмездному спасению теней, — глотнула вина. И я последовала ее примеру.

— Вкусно, — протянулась Карина, уподобляясь нам. — Ммм, хорошо заживем.

— Весело, — поддержала Верася.

— А, ну, их всех в… мягкое место, — я как всегда отличилась. И залпом выпила свой стакан.

Что дальше было — не помню, но спала я в своей кроватке под балдахином, а где-то слева раздавался сильный прерывистый храп, и чья-то пятка лежала ровнехонько рядом с моей головой, представляя для нее явную угрозу.

"Н-да, упились", — мысленно простонала я и попробовала закрыть рукой глаза от яркого солнца. На моей памяти такое со мной впервые. Правда, память иногда подводит… Да, все бывает в первый раз. Почему-то вспомнились светлые глаза одного мага, его ровное дыхание…

— Тенька, — прозвучало сонно и хрипло где-то на задворках сознания.

— Нет меня, — пискнула разыгравшемуся воображению и прошмыгнула в ванную комнату. Вот оно счастье — капельки водички сочились из разбитого кувшина, привлекая внимание. Пить хотелось нещадно. Взглянула на свой "цветущий" вид в зеркале, так некстати, расположенном перед входом и заползла в огромную бадью, к счастью и великой радости, наполненную водой. Надежда избавиться таким не тривиальным способом от головной боли и сухости во рту умерла на корню — в размытом отражении я увидела наглую ухмылку на великомагической морде. Осознание происходящего мгновенно прояснило ситуацию. Взгляд метнулся к руке, и, не обнаружив искомого, бедная тень попыталась утонуть, старательно опускаясь на дно бадьи.