— Спасибо, — удивленно вымолвила я и с удовольствием приняла дар. Вкусное, сладкое питье обожгло горло. Нет, это чужая доброта опалила душу…

"А жизнь-то налаживается…" — мелькнула мысль и исчезла.

Маленький домик травницы утопал в зелени. Раскидистая яблоня, притулившаяся вдоль забора, существенно загораживала весь обзор, мешая подробно рассмотреть двор и дом. Но мы не стеснительные, да и любопытством не обделенные. Спокойно приоткрыла калитку и зашла внутрь. Вещевой мешок торжественно затрещал за спиной, поддакивая созревшему в голове решению. Длинная шея, вытянутая по всей видимости на максимальную длину, солидарно скрипнула в ответ, грозясь отделиться от туловища из-за непомерной нагрузки. Травницы нигде не наблюдалось, наверное, ушла в лес за растениями, большинство которых правильно срывать по утрам, когда капельки росы лежат на листочках. С этого ракурса жилище поражало своим уютом и красотой. Изумление отразилось на лице при взгляде на пряничный домик, такой аккуратный, красивый и какой-то, с первого взгляда, очень родной. Мальчик, проводив до указанного места, ретировался, оставив меня в одиночестве.

С интересом разглядывая свое будущее жилище, переминаясь с ноги на ногу, не заметила как приблизилась. Дом снисходительно взирал на меня большими окнами-глазницами. В глаза бросалось абсолютно все: причудливая ярко-зеленая крыша, кривая толстая труба и даже огромный железный колокол неизвестного назначения… Мгновение, и потускневшие глаза наполнились дымкой. Здесь не было главного — моего Андреса. Впрочем, маг никогда не был моим.

Так, все. Пессимизм у теней не в почете. Наша жизнь коротка, лишена ярких эмоций и совершенно однообразна, волей — не волей научишься ценить все то прекрасное, что ненароком попадается на пути, пусть и проскальзывает мимо. Вдох-выдох. На чем я остановилась? Ах, да. Брысь депрессивное настроение и да здравствую я — новая, возрожденная и совершенно лишенная негативных эмоций девушка. Сейчас я стою на пороге новой жизни, в которой я — хозяйка своей судьбы, а, значит, просто необходимо взять себя в руки, забыть прошлое как страшный сон и жить, ощущая свободу и независимость. Осмотревшись и напичкав мысли нравоучениями, я двинулась к двери, немного нервничая и оглядываясь.

Позвонив в колокол и, не дождавшись ответа, решительно подошла к двери и постучала. Створка с тихим скрипом отворилась. И я не смогла сдержать удивленного вскрика. Любопытная картина открылась сосредоточенному взору: весь первый этаж находился в кромешном беспорядке, повсюду валялись яркие вещи, посуда и отдельные части женского гардероба. Красивая деревянная мебель грудой ненужного хлама возвышалась в центре зала, а огромный диван веселой расцветки возлежал на боку, накренившись под опасным углом. В центре поля боевых действий стояли две взлохмаченные барышни и рьяно спорили, жестикулируя и покрикивая, совершенно не обращая внимания на гостью, заглянувшую на огонек. Так я и стояла, переминаясь с ноги на ногу и думая, как возвестить о своем прибытии, раз уж колокола никто не услышал…

— Батюшки. Новенькая появилась, — громко сказала рыжеволосая дива, поворачиваясь ко мне лицом.

— Давненько поджидаем, с ног сбились, — с улыбкой вторила ей вторая, мгновенно забывая о разногласиях, свидетельницей которых я случайно оказалась.

То ли мне показалось, то ли в их словах прозвучал скрытый сарказм. Странное дело, только меня увидели, а уже не дали и шанса на нормальное общение, в моем случае, проживание. Немножко опешив от такого "радостного" приема, я молча уставилась на девушек и начала их разглядывать, гордо вскинув подбородок. Девушки мне не нравились, они казались наглыми, воинственными и страшно бесили. Наверное, сказывались бессонные ночи, не каждый день все-таки происходит событие, затронувшее душу и сердце. Не каждый раз эмоции захлестывают настолько, что сознание в панике пытается скрыться в темных коридорах разума.

Рыжая тряхнула очаровательной головкой с упругими длинными кудряшками и посмотрела на меня. В серых глазах мелькнула тьма.

— Добро пожаловать, — неохотно произнесла.

— Проходи, — спокойно произнесла вторая и взглянула прямо в глаза. Девушки были тенями, как и я. Я почувствовала это не сразу, лишь изначальная тьма, мелькавшая в их глазах, натолкнула на такую мысль. — Это Карина, а я Валеся, — представилась девушка приютскими именами, показывая пальцем на соседку.

— Тана, — в тон ответила я и продолжила осмотр. Рыжеволосая была красавицей, а вот вторая тень, увы, таковою не являлась. Короткие пшеничные волосы топорщились, напоминая солому, фигура отличалась не естественной худобой, из-за высокого роста бросавшейся в глаза.

— Пойдем, я провожу тебя в твою комнату, — и не удержавшись добавила, — конечно, она не сравнима с опочивальней пресветлого мага, но выхода, как я понимаю, у тебя нет. Я хмыкнула. Кажется, все стало на места. Все выгоревшие существовали в непосредственной близости к магам. Ко всеобщей зависти, я еще не привыкла, тем более, что до сих пор не поняла — чему тут можно завидовать. Впрочем, все перипетии нашего союза с Андресом не были известны никому. А со стороны все выглядело совсем иначе. Что ж… В этом тесном кружке информация распространяется быстро. Да, женский коллектив. Андрес, по всей видимости, лакомый кусочек не только для магинь, но и недостижимая мечта для одиноких девушек-теней.

Девушка провела меня в комнату, находящуюся на втором этаже этого симпатичного домика. Огромное окно во всю стену, широкая кровать под балдахином — мечта любой девушки — и красивый деревянный шкаф, вот и все, что было здесь. Большое и аккуратное пространство радовало глаз, и я почувствовала себя здесь хозяйкой. Быстро разложив вещи, спустилась вниз для продолжения знакомства. Немного помедлила и, решительно вздернув подбородок, прошла в небольшую гостиную, ту самую, в котором не обнаружила живого места. Мне нужны союзники, покой и свобода. А, значит, необходимо наладить с тенями подобие дружеских отношение, все-таки мне, по всей видимости, с ними жить и хотелось бы, чтобы это время не было насыщено взаимными упреками. Пока я обдумывала пламенную речь, заискивающе улыбаясь у входа, Валеся, довольно хихикая, развела руками:

— Устроилась? Добро пожаловать.

Карина же резко вскинула голову и с ненавистью, сквозившей во взгляде, посмотрела. Ее холодный и злой взгляд полоснул по мне словно бритва и снова сосредоточился на собственных руках.

— Ревнует, — разъяснила ситуацию Валеся, чем повергла меня в состояние тихого шока.

— Меня, — глупо переспросила, надеясь на объяснения.

— Не-не, к мужским особям, что упадут к твоим ногам, сраженные амуром, — хихикнула.

— И вовсе нет, — пискнула Карина.