Он то и его надсмотрщики знают, как переправлять рабынь по назначению, что бы они никуда не делись. Я там и квакнуть не смогу. Не то, что сбежать.

Толпа тем временем загудела пуще прежнего.

Я перевела взгляд на таинственного и молчаливого гостя в капюшоне. Он не ушел, но и в торгах не спешил участвовать. В этот момент он величественно поднял руку в черной перчатке и подозвал торговца к себе.

Рабовладелец опрометью побежал к господину в черном плаще, и благоговейно склонился к нему, повинуясь жесту. Покупатель что-то сказал мужчине в шароварах, тот подпрыгнул и побежал обратно на помост.

Поднявшись, торговец, не теряя ни минуты, озвучил решение господина:

– Двести тысяч динаров! Продано!

Что тут началось! Толпа ревела, мужик в тюрбане расколотил тарелку об каменный пол, и все сладости, что лежали на ней разлетелись в разные стороны. Али-Мустафа смачно сплюнул на дорогу, вскочил в седло своего скакуна и, подняв столб пыли, ускакал прочь. А меня сразу же схватили, надели черную еле прозрачную ткань на голову, которая окутала меня до самых пяток и увели с арены.

Через два квартала, петляя узкими улочками, меня вывели к экипажу, где у открытой дверцы стоял мой хозяин, все так же скрываемый плащом с капюшоном.

И мое сердце предательски дрогнуло. Нервы, натянутые до предела, не выдержали, и я сорвалась, выплескивая весь ужас в своем крике. Потом рванувшись из рук конвоя, побежала прочь. Охранники кинулись следом, а мой хозяин мне наперерез.

Я уже почти была в его руках…. В руках моего, наверное, мучителя, как удар палкой по спине свалил меня с ног. Я упала в пыль, но тут же была подхвачена сильными руками. Меня понесли, голова кружилась, и последнее что помню - меня сажают в экипаж. Дальше многострадальное сознание отключилось.

Александр Раварта.

Я нашел ее на острове Хель. В «Доме порхающих».

Взяв с собой в помощники Ленни - одного из офицеров с «Гарбия», я рванул по всем «домам», молясь, что бы ее не отправили на невольничьи рынок сразу.

По пути за не большое вознаграждение мне удалось выяснить, куда именно были отправлены описанные мной девушка и четверо мужчин.

Этой же ночью, ближе к рассвету, когда даже вечно не спящий город опустел, я и Ленни пробрались к каменному забору, окружавшему красивый дом и сад. И пока я, то с востока, то с запада обходил территорию, прикидывая, то так, то эдак, как выкрасть Джаянну из этого ужасного места, Ленни набили морду, и связали по рукам и ногам, как говориться, без шума и пыли.

Вывернув из-за каменной ограды и увидев в свете луны эту поразившую меня картину, я достал саблю, приготовившись к драке. Но в предрассветных сумерках услышал знакомый насмешливый голос:

– Задери меня морской дьявол через колено, Адмирал!

– Черт!!! – выругался я, не веря собственным ушам, - Воевода?

Четверо крепких мужчин стояли полукругом над бедным связанным Ленни, и посмеивались.

– Значит, примчался спасать ее? – как-то не очень по-доброму спросил первый помощник капитана.

Я вложил саблю обратно в ножны, и подошел ближе:

– Да, - ухмыльнулся я, чувствуя не дружественную обстановку.

– А не боишься, что она тебе потом хозяйство укоротит? – гоготнул Плут.

– Боюсь, - честно признался я.

После этой фразы все тихо заржали. Все кроме Воеводы.

– Развяжите его, - кивнул я на Ленни, печально смотрящего на меня, и пошел к первому помощнику, - Что случилось?

– Я не должен вмешиваться, но знаешь, она мне дорога…очень.… И в этот раз она чуть не умерла…

– Как? Почему? – я не дал ему договорить от нахлынувших эмоций.

– От боли. Она так тосковала по тебе. Я думал, она сама вырвет себе сердце и разобьет его на куски об палубу брига, - Воевода помолчал немного, глядя на меня, ошарашенного сказанным, - Я до сих пор, не уверен, осталось ли ее сердце на месте и в целостности.

– В общем, глухо! – к нам подошел Яго, - Мы уже все проверили, чтоб их…. Без шансов!

– Гарпун им в печень!!! – выругался Руди, подошедший следом, - Нам не вытащить ее оттуда. Только не сейчас… Может, когда повезут на рынок? Нападем…