– Да ты не заводись... Я к тому, что на голодное брюхо долго не попрячешься. Деньги-то у тебя есть?

– Есть... немного.

Рэндалл кивнул и, повернувшись, достал из висячего шкафчика несколько смятых бумажек и монет.

– На, возьми.

Дани покраснел до ушей и попятился.

– Не!..

– Возьми!
– настойчиво повторил Рэндалл и почти насильно вложил деньги в руку юноше.
– Мне они все равно не нужны, а скоро еще будут... А хочешь, у меня оставайся?

– Спасибо, Рэнд, - сказал пораженный его великодушием Дани, - но я... меня... меня тут быстро найдут. Брайан...

– И то верно. Ну, тогда иди. Если что, я тебя не видел и ничего про тебя не знаю.

Дани проглотил вставший в горле комок и промолчал, пошел было к выходу, и вдруг остановился, спохватившись.

– Рэнд! А что у тебя с лицом?

– А что у меня с лицом?
– переспросил Рэндалл хмуро.

– Фингал...

– Сам же все прекрасно видишь, так чего пристаешь с дурацкими вопросами?

Голос его тут же изменился, стал неприятным и резким, и Дани не рискнул расспрашивать дальше. Но ушел он весьма озадаченным: такое "украшение", как у Рэндалла, сложно заполучить в результате несчастного случая. Едва ли можно случайно удариться обо что-то лицом... Но с кем он мог сцепиться?

***

Всю ночь Диана просидела в своей комнате. Ехать ей никуда не хотелось даже ради того, чтобы увидеть Стэна. Не то было настроение. Кроме того, она боялась случайно столкнуться с Брайаном в доме или вне его: она все еще не могла побороть поднявшееся в душе отвращение к нему. Как провел ночь Брайан, она не знала. В доме было тихо и мертво; если брат и ушел куда-то, то сумел ускользнуть совершенно бесшумно. Дани где-то пропадал. Под утро Диана задремала, а проснувшись около полудня, попала в душные объятья той же зловещей тишины. На цыпочках она пробралась к двери комнаты Брайана и прислушалась - ни шороха. Спит или ушел? Заглянуть в комнату и удостовериться Диана не решилась, но и дальше передвигалась по дому исключительно на цыпочках, тихо-тихо, как бесплотный дух. Ей было не по себе в этой тишине и хотелось, чтобы поскорее вернулся Дани, - но его все не было - или хотя бы заглянула Чандра, в обществе которой она обычно чувствовала себя стесненно, но теперь была бы рада и ей.

Только часа в два в коридоре послышались чьи-то неверные, шаркающие шаги. Опять Брай напился, подумала Диана с неудовольствием, но все-таки выглянула из комнаты. По коридору действительно шел Брайан, но вовсе не пьяный, а всего лишь сильно заспанный, всклокоченный и очень не в духе. Диана сморщила нос и хотела закрыть дверь, но брат окликнул ее.

– Ди, не знаешь случайно, где нашего младшенького носит?

– Не знаю.

– Со вчерашнего дня пропадает, - продолжал Брайан, как будто не слыша неприязни в голосе сестры.
– Черт. Может, стряслось с ним что?

– Что с ним может стрястись?
– спросила Диана и тут же вспомнила ту страшную ночь, когда Дани, истекая кровью, шатаясь, брел по коридору...

– Не знаю!
– судя по тону, Брайан вспомнил то же самое. И вдруг добавил совсем несусветное: - Что-то мне не по себе...

Сколько Диана помнила, никогда он не прислушивался ни к каким внутренним ощущениям, если только они не носили сугубо практический характер.

– О! тебя уже посещают предчувствия?

– А ты все дуешься?

– Ничего подобного. Что за глупое слово?

Брайан привалился к стене, прикрыл глаза и покачал головой.

– Не надо, Ди, - попросил он кротко.
– Нельзя нам ссориться.

– Я с тобой не ссорилась.

– О господи, - сказал Брайан, и в этот момент кто-то с силой постучал в дверь. Судя по интенсивности звука, стучали отнюдь не кулаком - каблуком. Подкованным.

– Что это, звонок у нас сломался?
– удивился Брайан и пошел открывать.

Диане не было никакого дела до неурочных гостей, и она удалилась обратно в комнату. Пусть Брайан сам разбирается. Однако спустя минуту до нее донеслись обрывки громкого и весьма энергичного разговора, завязавшегося между Брайаном и гостями, и тревога кольнула в сердце. Мирной дружеской беседой даже и не пахло. Диана снова высунула голову в коридор и стала слушать, но все равно ничего толком не поняла, кроме того, что речь шла о Дани, и что Брайан сильно разозлился и принялся ругаться. Ругался он всегда страшно, и Диане немедленно захотелось заткнуть уши.

Еще через несколько минут хлопнула дверь, и Брайан показался в коридоре, бумажно-белый от злости. Немного не дойдя до Дианы, он впечатал в стену ободранный кулак и прорычал:

– Почему я не пристрелил вчера этого ублюдка?!
– и далее выругался многоэтажно и очень неприлично.

– Что, Брай?! Что такое?!

Вместо ответа Брайан прорычал что-то невнятное и снова приласкал кулаком стену.

– Что-то с Дани?!
– закричала перепуганная Диана.

– Да! с Дани! Идиот! Кретин! Ублюдок! Все ноги ему нахрен повыдергаю, вот только пусть попадется мне! И башку сверну!

Из потока ругательств Диана поняла только одно: младший брат, по крайней мере, жив. Еще пока жив. Но вот здоров ли? на этот счет ее охватили серьезные сомнения. Впрочем, если даже здоров, то продлится это недолго. Диана почти не сомневалась, что все угрозы относятся именно к Дани, что именно ему Брайан намерен выдернуть ноги и свернуть башку. А вот пристрелить он хотел отнюдь не его, это ясно... Но Рэндалл-то тут причем?

– Брай!
– Диана сделала еще одну попытку достучаться до брата.
– Объясни толком, что происходит. Где Дани?