Полторы тысячи! Нуми аж подскочила от шока. По её расчётам денег, оставленных матерью едва бы хватило на ближайший год лишь на триста-четыреста марок в месяц, никак не больше.

– Но это только до наступления моего совершеннолетия?

– Совершенно верно. После чего право распоряжения счетом перейдёт к вам. И мне бы хотелось, чтобы после этого момента мы продолжили наше сотрудничество, поскольку наш банк очень дорожит своими вкладчиками!

– А у банка есть представительства за пределами Ярданга?
– спросила Нуми.

Распорядитель приложил большие усилия, чтобы не выпучить глаза от удивления.

– Разумеется есть. А вы намереваетесь покинуть планету?

– Да, у меня есть планы по поступлению в университет за пределами системы.

– Ну раз вы не рассматриваете местный университет как место своего дальнейшего обучения, то я с уверенностью могу вам сказать, что на всех планетах Единства и почти в ста двадцати городах Земли есть представительства нашего банка. Поэтому затруднений при обслуживании у вас возникнуть не должно.

"Неужели со стороны я выгляжу настолько жалко, что местный университет кажется моим пределом?" горестно подумала Нуми, одновременно чувствуя, что её самооценка, которую она так старательно повышала посредством образования и саркастического отношения к людям, стремительно ползет вниз.

– Кстати, ещё один вопрос: а я могу хотя бы узнать сколько всего у мамы было денег на счёте?

– К сожалению, я не могу раскрыть вам подобные сведения. Как я уже говорил ранее, вы, будучи несовершеннолетней ещё не можете распоряжаться счетом, а получение подобной информации о нём является частью права владения.

Нуми задумалась. С точки зрения закона он был прав - не смотря на то, что права на деньги матери перешли к ней, она, как не достигшая возраста восемнадцати лет, права ими распоряжаться не имеет.

– Эмансипация...
– протянула она. Козырять перед Харкером знанием законов ей, конечно, не хотелось, но если есть хоть один шанс ускорить получение наследства, то нужно им воспользоваться.

– С учетом времени подачи заявления в семейный суд Ярданга, времени назначения заседания и общих процессуальных вопросов срок будет в районе двух месяцев. Однако, учитывая что вам уже через четыре месяца исполнится восемнадцать, я бы не стал тратить время и силы на признание себя дееспособной. Но это лишь моя позиция. если вы хотите инициировать процедуру эмансипации, то наш банк предоставит вам квалифицированного юриста.

Нуми скрипнула зубами, почувствовав досаду и стыд от того, как тактично и профессионально Харкер поставил её на место.

– Тогда я могу получить первый перевод на свой счёт уже сегодня?

– Разумеется, госпожа Фоссум. Я лично займусь этим вопросом.

Спустя пятнадцать минут после того, как личный счёт Нуми потяжелел на полторы тысячи марок, она почти вылетела из дверей банка из-за переполняющей её эйфории. Будучи реалисткой, такого удачного визита она и в самых приятных фантазиях не могла себе представить. То, что теперь у неё есть высокий, хотя и неизвестно насколько долговременный, источник дохода кардинально менял дело. С такими финансами она уже могла не думать о совмещении работы и учебы. Да и мечта об обучения в Столице уже не казалась такой несбыточной.

Строя планы на будущее Нуми шла вперёд ничего не видя вокруг, поэтому, когда ей на голову накинули черный мешок и бросили в кузов микроавтобуса, она ничего не успела сделать.

Александр лежал на спине, подложив руки под голову и смотрел на край Пяти Столпов. Дом, на крыше которого он находился располагался ровно под краем скалы, поэтому небо над ним сейчас было разделено на две равные половинки: на одной по голубой глади медленно плыли немногочисленные облачка, а вторая состояла из красно-коричневой скальной породы. Мужчина принялся по очереди закрывать глаза, надеясь что край скалы будет двигаться влево и вправо, но расстояние было слишком большим и эффекта не было.

Сбоку раздался скрип ступенек и над краем крыши показалась голова помощника, поднявшегося по внутренней лестнице.

– Они пришли.

Встав с циновки, на которой лежал, Александр потянулся и почесав зудящую под бородой кожу - за пятнадцать лет он так и не привык к этому мужскому аксессуару, так популярному у многих местных жителей - лениво побрел вниз на второй этаж.

Дом, в котором он жил и работал при первом посещении мог произвести впечатление нежилого: мусор и паутина на немногочисленной мебели, тоненький слой песка на полу, облезлая краска на стенах и потолке. Единственное, что здесь было чистым - это поверхность барной стойки, занимавшей почти половину этажа. Однако, стоявшие на полках вдоль стены ряды бутылок также покрывал слой пыли. Свет лился только через несколько окон, поскольку остальные были закрыты деревянными резными ставнями.

Александр зашел за барную стойку и укоризненно посмотрел на сидящую перед ним женщину лет тридцати. Сейчас перед ней стояла наполненная рюмка и початая бутылка хереса. Внизу этикетки виднелся небольшой символ в виде закрытого тучами солнца - герб Основателя Дворака. Значит херес был произведён на Новой Сокотре, редкость на Ярданге из-за высокой цены.

– Не рано? Ещё и обеда нет, - осуждения в голосе мужчины было достаточно, чтобы самые богатейшие люди Единства сразу же отдали все свои сбережения на благотворительность и надев хламиды и вериги ушли в горы замаливать грехи сребролюбия.