Поднявшись на мой этаж, я остановился у входа. Закрыв глаза, я прислушался к биению своего сердца. Они билось учащенно и ровно. Я сделал плавный вдох и медленный выдох. В следующую секунду я взял в руку пистолет, снял его с предохранителя и передёрнув затвор, потянул дверь за ручку.

Прямо передо мной стоял уборщик. Он находился с левой стены ближе к центру помещения. В его правой руке был стакан с чаем, в левой карандаш, которым он помешивал чай. Увидев в моей руке пистолет, он удивленно поднял брови.

– Тссс!
– Я приложил палец к губам. Он кивнул головой и продолжил перемешивать чай. Я повернулся к входной двери и два раза повернул механизм замка.

– Неудачный день?
– Шёпотом спросил уборщик.

Я кивнул головой и бесшумно переместился к двери своего отдела. Я аккуратно обхватил ладонью ручку двери и твердо зафиксировал ее своей рукой, чтобы никто из моих 'коллег' не мог неожиданно выйти из отдела.

– Хотите, чтобы невинные люди не пострадали?
– Сказал я шепотом.

– Да, хочу.

– Двери этих отделов открываются во внутрь?
– Я взглядом обратил внимание на двери, идущие по правой стене.

– Да.
– Ответил уборщик, быстро отхлебнув чай.

– Немедленно просунь швабры через ручки двери поперек косяка! Заблокируй их!

Быстро отложив стакан, он ринулся с места схватив в руки швабру и метлу. Я тем временем зафиксировал пистолет в ремне на брюках, и протянув правую руку к шкафу взял с полки стакан с чаем. Чай оказался с мятой и коньяком, как раз то что нужно перед триумфальным моментом!

Прошло около семи секунд, а этот человек уже справился с поставленной задачей. Для третей двери швабры не нашлось, поэтому он приспособил табуретку, ножку которой он умело протиснул через нужные отверстия и выступы косяка.

– Что дальше?
– Прошептал он.

– Возьми этот горшок с цветком и поставь его в двери лифта!

На это у него ушло около десяти секунд.
– Все, поставил.

– Спрячься в свою коморку и ни при каких обстоятельствах оттуда не высовывайся.
– Я протянул ему пустой стакан, - прости, я выпил твой чай.

Его голос звучал крадущийся интонацией. Он как будто разговаривал с психопатом, который в любой момент может сорваться и продырявить ему голову.
– Ничего, у меня есть еще. Я пойду?
– О указал пальцем на самую дальнюю дверь у окна.

– Да, идите.
– Не медля ни секунды он скрылся за дверью.

Я взял пистолет в правую руку и попытался прислушаться к тишине. Вдруг что-то резко забарабанило. Этот звук исходил с правой стороны. Посмотрев на дверь по центру, я понял, что кто-то пытается выйти. Швабра впитывала в себя энергию противодействия и очень неплохо с этим справлялась! Но люди запертые в этом помещении, в ближайшую минуту поймут, что их забаррикадировали и начнут наводить панику, названивая на пульт охраны. В тот момент я понял, что больше тянуть нельзя. Нажав на ручку, я распахнул дверь.

***

Три пули полетели в Полонски. При первом выстреле моя рука дрогнула, и я промахнулся. Последующие два выстрела я отправил точно в его грудную клетку. Громов за эти короткие мгновения успел сделать три длинных прыжка и кувырком нырнуть в свой кабинет, с грохотом захлопнув дверь.

Я застал их у журнального столика. Громов сидел на диванчике и оформлял какие-то документы. Полонски стоял напротив, практически полностью закрывая Громова своим телом. Стоило мне открыть дверь, как они сразу же меня увидели. Первым я открыл огонь по Полонски. В него легче всего было попасть - он стоял ко мне в пол-оборота, в то время как Громов, сидя за журнальным столиком в тени своего подельника был в куда более выгодном положении.

Четвертый выстрел я отправил в след Громову. Пуля прошла сквозь дверь, но не достигла адресата. Тогда я быстро пробежал к журнальному столику и остановился рядом с Полонски. Он был еще жив. Из его рта импульсам вырывалась темная кровь, он хрипел и сопел. Первый мой выстрел пробил левое легкое, вторая пуля вошла в области солнечного сплетения. Я посмотрел в его застывшие глаза. Они были наполнены пустотой. Умирало только тело, души в нем давно не было! Не мешкая ни секунды, я сделал третий выстрел в голову. На этом с Полонски было покончено.

Прижавшись к стене, я медленно и бесшумно подошел к двери кабинета Громова.

– ВНИМАНИЕ, ОПАСНОСТЬ, ПЕРСОНАЛУ ПРИСТУПИТЬ К ЭВОКУАЦИИ! ВНИМАНИЕ, ОПАСНОСТЬ, ПЕРСОНАЛУ ПРИСТУПИТЬ К ЭВОКУАЦИИ! - Заорала тревожная сигнализация. Это говорило о том, что мое присутствие было обнаружено и времени совсем не оставалось. Но все это уже ничего не значило. Громов был за стеной, я был у цели.

Оставалось только ворваться в кабинет, и моя вендетта была бы окончена. Я сделал два шага от стены и остановился напротив двери. Она открывалась во внутрь, а значит, достаточно одного удара что бы сорвать хлюпенький офисный замок. Я покрепче сжал рукоятку пистолета и перевёл вес тела на левую ногу. Как только я собрался нанести удар, из кабинета прогремел выстрел. Пуля прошла сквозь дверь, я рухнул на пол.