Шрифт:
Одна, снова одна...
А потом выбросила себя к Храму, надеясь успеть втолковать этому упрямцу, что он не сможет повторить попытки Драко.
«И будет он охранять те Врата от всякого, кто пожелает их вновь открыть... И покарает того, кто приблизиться к ним с мыслью такой... И только одна душа будет служить камню и в камне том жить... отныне и во веки веков...»
– Читала я текст, который сама и придумала, отразив на камне четкой кириллицей, и никаких тебе символов и завитушек, ясно и понятно.
Вольный спикировал рядом с Вратами, не обращая внимания на мое присутствие.
– Ты не сможешь этого сделать, - сказала я громко и отчетливо, - они запечатаны и охраняются.
Вольный не повернул головы и сосредоточенно шел в самую середину.
– Прошу остановись, Страж убьет тебя,- взмолилась я, но не попробовала остановить его силой.
– Они закрыты на вход, но не на выход.
Я опешила и слегка покачнулась, с трудом сохраняя равновесие.
– Скажи мне!
– Зло бросил Вольный.
– Ты ведь никогда всерьез не задумывалась о том, чтобы вернуться, не так ли, Маша? Этот мир одарил тебя силой, магией, мощью, властью. Какие замечательные игрушки для человечка!
Я онемела и мотала головой.
– Нет? Тогда возьми меня за руку и вернись со мной к простой жизни, к студенчеству, к совместному счастью, которое мы построим, помогая друг другу.
В голове взорвалась бомба, оставив после себя пустыню из пепла.
– Вы будете отличной парой, Маша, ты и Драко. Самовлюбленные, эгоистичные драконы, решившие на этот раз подарить благоденствие этому миру!
– Не ты ли мечтал о нем?
– Прервала я Вольного.
– Это были всего лишь мечты, но кто же думал, что у тебя получится осуществить их за несколько часов.
– За что ты злишься на меня? Я делала это ради тебя, ради твоих идеалов.
– И как же быстро они стали твоими! Теперь ты готова даже на законный брак и нелюбимого супруга в постели и все ради альтруизма? Где моя нежная добрая Маша, которая хотела обычного счастья, семью, любимого человека, готового пожертвовать всем ради нее.
– Есть более высокие жертвы, Вольный, есть драконы, которые надеются и верят в то, что, наконец, все изменится, почему ты хочешь лишить их этого?
Вольный сжал кулаки, и острые скулы четко нарисовались на его бледном осунувшемся лице.
– Потому что люблю тебя, Маша, люблю так, как никогда и никого не любил!
– Сказал он бесчувственным голосом, а потом повернулся и шагнул во Врата, растворившись в ином мире. Без имени, без энергии, без какого-либо шанса на выживание.
А я стояла я чувствовала, как из меня уходит что-то очень важное, какая-то часть меня только что покинула тело, и растворилась вслед за Вольным. Волосы рассыпались по плечам белоснежными прядями, кисти рук слегка вытянулись и похудели, я ощупала лицо, проведя по тонким скулам и прямому носу. Даже тело теперь выглядело иным, более высоким, болезненно тощим, с торчащими ключицами. Я подняла руку и оглядела синие прожилки татуировки, а потом собрала в руке энергию и она блеснула на кончиках пальцев ледяными искрами. Вольный забрал не только часть моей души, он унес все то тепло, которым одарил меня с первого дня знакомства. Теперь во всем этом мире не было ни одного упоминания о нем, краска стерлась, не оставив после себя и следа.
Покидая Храм в полном разброде чувств, я совершенно не думала о Дариэне и том, что явлюсь расхитительницей гробницы! Да что там, я вообще не предполагала, что кто-то может заметить пропажу тела, кому придет в голову мысль полюбоваться обледеневшим драконом? Поэтому вернувшись в Обитель для того, чтобы подготовить Дариэна и Дакки к новой потере, я встретила взгляд трех разъяренных мужчин.
– О!
– выдал Дакки и как-то странно побледнел.
– Зря я проговорился, знал же, что дело кончиться плохо.
Драко вышел вперед и осматривал меня с ног до головы.
– Что ты сделала с телом? Что ты сделала с собой?
– Рявкнул он так, что сотряслись стены замка.
– Твои эксцентричные выходки отправят меня за грань раньше времени!
– Объяснить дашь?
– Спросила я его, а сама поглядывала за плечо мужа, пытаясь поймать взгляд Дариэна.
– Как вы вообще догадались?
– Дакки проболтался, что выдал тебе тайну с семейным склепом, а потом ты таинственным образом исчезаешь и ни император, ни родители, ни Дариэн не знают, где тебя искать.
– Зачем вообще нужно было меня искать?
– Устало спросила я и упала в объятья софы, мгновенно отрубившись. Потом мне рассказывали, что долго и упорно пытались разбудить, на что я выдавала какие-то непонятные фразы про то, что благородство — качество врожденное, альтруизм же — учёное извращение. После чего меня оставили в покое и перенесли в мою бывшую спальню.
Часть последняя. Заключительная.
Глава первая.