Похороны превратились во внушительную демонстрацию решимости рабочих и бедноты бороться за Советскую власть, отстаивать завоевания революции. За гробом следовали Сулакский, Самарский, Теликовский отряды Красной гвардии и часть Николаевского батальона. Похоронен был Григорий Иванович на месте гибели.

Смерть брата была тяжелой утратой для Василия Ивановича и семьи. Однако он с не меньшей энергией продолжал выполнение своего служебного долга. Тут же из Балакова направил часть Сулакского отряда под командованием Якова Карпова для подавления восстания в селе Никольско-Казаково. С таким же заданием в город Баронск (ныне г. Маркс) был направлен отряд, составленный из части 1-го Николаевского батальона, во главе с Павлом Санталовым [203] . На себя Василий Иванович взял выполнение еще более ответственной задачи. Контрреволюционный отряд юнкеров перешел из Вольска на левый берег Волги, вторгся на территорию Николаевского уезда, ликвидировал в селах Советы, отбирал у населения хлеб и скот [204] . Сводный отряд под командованием Чапаева настиг юнкеров и нанес им поражение. Рассеявшиеся мелкие группы контрреволюционного отряда бежали за Волгу. Положение в селах, где побывали юнкера, было восстановлено. В Николаевск Василий Иванович вернулся только 22 марта, пробыв, таким образом, в рейде по уезду со времени выезда в Липовский район более трех недель.

Николаевский батальон и отряды Красной гвардии вели борьбу с контрреволюцией не только в Николаевском уезде, но и за его пределами. Так, 22 марта 45 человек из состава батальона были направлены в Самару [205] . По просьбе Совета Хвалынского уезда от 27 марта прислать 200 человек на помощь для учета и изъятия хлеба у кулаков был послан Теликовский отряд под командованием П. Ф. Баулина [206] . По выполнении задания отряд переброшен в город Кузнецк, в следующий уезд, для подавления восстания.

С января до двадцатых чисел марта В. И. Чапаев с отрядом буквально вдоль и поперек изъездил всю обширную, примерно в 30 тысяч квадратных километров, территорию Николаевского уезда. Его быстрые и решительные действия парализовали кулачество и белогвардейщину, вдохновляли на борьбу с ними население, особенно его беднейшую часть и батраков. Трудящиеся убеждались в прочности Советской власти и ее вооруженной силы. Имя Чапаева — организатора отрядов Красной гвардии, верного защитника Советской власти и интересов трудящихся — стало популярным среди рабочих и трудового крестьянства Заволжья. Обездоленные и обиженные искали у него помощи и защиты. Василий Иванович как коммунист, представитель власти Николаевского Совета и военный руководитель, делал все возможное тут же, на месте. Его знали как прекрасного организатора, талантливого и неустрашимого командира, наносившего неотразимые и сокрушительные удары контрреволюции.

Подавление восстаний всюду проходило при самом активном участии бедноты и батраков. Так. в Любицкой волости на волостном собрании было решено: «Всем встать, как одному, на защиту революции. Для правильного и опытного ведения военного дела и руководства товарищами избрать начальника Красной гвардии. Красногвардейцев разбить на десятки, во главе каждого десятка поставить выборного десятника» [207] .

Рабочая и крестьянская молодежь стремилась попасть к Чапаеву в отряд. Особое уважение и большую любовь Василий Иванович завоевал у своих боевых товарищей— бойцов и командиров красногвардейских отрядов. Они ценили в нем безграничную преданность делу пролетарской революции и трудовому народу, светлый ум и кипучую энергию, инициативу, решительность и смелость, неукротимую волю к победе, большой боевой опыт и близость к людям. Как командир, Чапаев был всегда собран, подтянут, точен. Требовательный к себе, он требовал от подчиненных точного, беспрекословного выполнения приказов. В то же время постоянно заботился о снабжении, своевременном и всестороннем обеспечении и отдыхе воинов. Все эти качества располагали к нему соприкасавшихся с ним людей, связывали крепкими бескорыстными узами боевой дружбы. Поражала знавших Чапаева его исключительная честность. В денежном и вообще материальном отношении он был необычайно чистоплотен и до крайности щепетилен. В то боевое время, в 1918 году, контрибуции порой проводились без надлежащей отчетности. Василий Иванович никогда ценностей при себе не держал, не разрешал даже хранить золото, серебро и другие ценности в денежных ящиках отрядов, требовал незамедлительной отправки в уездное казначейство [208] . Лжи, в чем бы она ни проявлялась — в служебном и общественном деле или личной жизни, он не терпел. Если кому удавалось обмануть его хотя бы раз, даже в мелочи, этот человек навсегда терял уважение и доверие Чапаева.

В конце 1917 года Василий Иванович взял к себе живших в селе Березово вдову и детей своего погибшего товарища Петра Федоровича Камишкерцева, воевавшего вместе с ним в империалистическую войну. У Пелагеи Ефимовны Камишкерцевой были две малолетние дочери, у Василия Ивановича — трое детей такого же возраста. Семья собралась в Николаевске и поселилась в небольшом деревянном флигеле при доме бывшего владельца крупной водяной мельницы на реке Большой Иргиз Волковойнова [209] .

В этом доме в г. Николаевске в 1918 г. жила семья В. И. Чапаева. Ныне здесь Пугачевский государственный дом-музей В. И. Чапаева.

Василий Иванович в семье бывал мало, наездами, появлялся на несколько дней, а иногда и часов. Приезжал обычно не один, а с группой товарищей, среди них позднее бывали и раненые. Такие оставались в доме, лечились как и чем могли, подчас больше домашними средствами, и снова уходили в бой. Так, лечились в доме Чапаева одновременно командиры Иван Семенович Кутяков и Иван Константинович Бубенец. Квартира в такие наезды частенько превращалась в штаб и лазарет.

В быту Василий Иванович был предельно скромен. Кристально чистый и честный человек, он целиком отдавал себя служению революции, партийному и военному делу, не заботясь о своем благополучии. Известный уже командир, водивший в 1918 году сформированные им полки, Чапаев испытывал большие материальные затруднения [210] . Даже не имел средств заплатить за простенькую квартиру. «Находясь все время в рядах Красной Армии и защищая революцию, жить мне стало трудно, — писал он как-то исполкому Николаевского Совета, — так как средств у меня нет» [211] . Через год после поселения в городе, поздней осенью 1918 года, Василий Иванович перевез свою семью в село Клинцовка.

Вся боевая деятельность Василия Ивановича Чапаева в Николаевске и Николаевском уезде начиналась и проходила под непосредственным руководством уездного комитета партии большевиков и Николаевского Совета при самом активном участии с его стороны в их работе. В огне классовой борьбы, работая в партийной организации и совнаркоме под руководством стойкого большевика В. И. Ермощенко, В. И. Чапаев закалялся политически, проходил большую школу партийного воспитания, превращался в бесстрашного и преданного солдата революции, в признанного военного руководителя. Последующие события обусловили выход его деятельности далеко за пределы этого уезда.