Красногвардейские отряды Николаевского уезда становились опорой Советской власти. Кулаки клеветали на большевиков, называли их «самозванцами», призывали убивать советских работников, оказывать противодействие «кучке Красной гвардии» [192] .

В январе 1918 года вспыхнуло восстание против Советов в 140 километрах северо-восточнее Николаевска, в крупном селе Большая Глушица. Там кулаки расправились с местными активистами и объявили, что район Большой Глушицы Советской власти не подчиняется. По поручению Николаевского совнаркома В. И. Чапаев с частью отряда отправился туда. Восстание было подавлено. 26 января 1918 года Большеглушицкий волостной Совет сообщил, что четыре дня назад земская управа упразднена и все делопроизводство Совет принял на себя [193] .

На заседании Николаевского совнаркома 24 января было заслушано внеочередное сообщение начальника военного отдела И. Н. Демидкина о беспорядках в Балакове, чинимых «Союзом фронтовиков». Обсудив сообщение, совнарком постановил: «Немедленно командировать в Балаково командира полка тов. Чапаева» [194] . Это было последнее поручение В. И. Чапаеву как командиру 138-го запасного пехотного полка. В дальнейшем полк в связи с полной демобилизацией его личного состава перестал существовать.

В тот же день Василий Иванович выехал в Балаково, где активизировались против Советов бывшие офицеры, организовавшие так называемый «Союз фронтовиков». Обстановка в городе сложилась тяжелая.

Если Февральская революция прошла для Балакова без осложнений, то Октябрь вызвал резкую реакцию сконцентрированной там торговой, сельской и отчасти промышленной буржуазии. Она не признавала созданного в Балакове Совета. Для его дискредитации в глазах населения враги широко использовали продовольственные и другие трудности. Заводы хозяева закрывали, заказов не поступало, рабочие остались без заработков. Приезжавших на базары крестьян контрреволюционеры подбивали на выступления против сдачи хлеба государству. Большую активность проявляло вернувшееся из старой армии реакционное офицерство.

В. И. Чапаев объявил о роспуске враждебного Советской власти «Союза фронтовиков», избравшего своим председателем заводчика Мамина, восстановил совместно с коммунистами и советскими работниками деятельность Совета в Балакове. Обстоятельно обговорил неотложные действия с младшим братом Григорием, незадолго до этого вернувшимся с фронта и избранным первым военным комиссаром Балакова. Вечером дома, у родителей, этот разговор между братьями продолжался до глубокой ночи.

Григорий Иванович Чапаев — младший брат Василия Ивановича Чапаева.

За большеглушицким восстанием и балаковским выступлением белогвардейцев последовали мятежи в Марьевке, Хворостянке, Большой Луке и других селах. Восстанавливая и укрепляя Советскую власть, Василий Иванович арестовывал организаторов восстаний, накладывал на богатеев контрибуции деньгами, а чаще хлебом, который потом отправлялся эшелонами в Петроград и Москву [195] . Разъясняя населению сел и деревень контрреволюционную сущность выступлений, на которые их подбивают богатеи в своих корыстных целях, Чапаев призывал народ к укреплению власти Советов, вселял в людей уверенность в будущем.

Из бедноты военный комиссар организовывал красногвардейские отряды. Вооружал их отобранным у восставших оружием, воодушевляя на борьбу с кулаками и белогвардейцами. Возвратившись в Николаевск, Василий Иванович докладывал совнаркому о результатах похода, о положении в селах и проделанной работе, о состоянии красногвардейских отрядов. В Совете знакомился с известиями о положении в уезде и стране, получал указания, отдавал необходимые распоряжения в отряды.

После выхода декрета об организации Красной Армии, подписанного В. И. Лениным, из николаевских отряда и дружины Красной гвардии был сформирован 1-й Николаевский батальон Рабоче-Крестьянской Красной Армии. Его первым командиром был избран В. И. Чапаев. Батальон разместился в здании бурсы (духовного училища). Василий Иванович в письме от 15 февраля 1918 года просил Николаевский Совет освободить помещение от посторонних: «В бурсе помещается социалистическая Красная Армия, а также находится склад оружия и взрывчатых веществ, где недопустимо быть посторонним лицам и ученикам, которые тесно связаны с контрреволюцией» [196] .

Василий Иванович и тогда, и потом — никогда — не доверял служителям культа и обслуживающим их лицам. Не однажды арестовывал «духовных отцов» и конфисковывал их имущество — за шпионаж, за передачу церковных ценностей белогвардейским отрядам, за антисоветские проповеди.

1-й Николаевский советский батальон принял от 138 запасного пехотного полка вооружение, имущество, средства и взял на себя всю тяжесть нараставшей борьбы. Так было положено начало формированию в Николаевском уезде частей регулярной Красной Армии.

В середине февраля вспыхнул мятеж в Березове, в 30 километрах западнее Николаевска. Военный комиссар Судакского района И. В. Топорков и 8 человек красногвардейцев, проводившие в Березове собрание бедноты, были арестованы. Красногвардейские отряды, которые прибыли из Сулака и Малоперекопного для ликвидации беспорядков, были разбиты мятежниками. Воспользовавшись событиями в Березове и поражением красногвардейских отрядов, кулаки поднялись в Малоперекопном, в 8 километрах от Сулака. Восставшие убили красногвардейца Николая Майорова, охранявшего сельский Совет, и арестовали весь состав Совета. Николаевский совнарком потребовал прекратить контрреволюционные действия и освободить арестованных [197] . Для подавления восстания и на помощь Топоркову, другим арестованным выступил из Николаевска Чапаев с отрядом. Мятежники требованиям уездного Совета не подчинились. Действия подоспевшего с отрядом Чапаева были, как всегда, стремительны. Восстания были подавлены, Топоркова и других арестованных, сильно избитых, удалось освободить.