ИВАН

А ведь закружила она меня тогда... жуть... Мысли всякие были... Да... Вернулся в Москву - еле-еле отошло.

ПАША

Ясное дело. Да и какой из тебя зять... Уж извини...

ИВАН

(слегка обидевшись)

А чего это я никакой зять?

ПАША

Ненадёжный ты человек. Нет в тебе правильного стержня.

ИВАН

А какой есть - неправильный?

ПАША

Вот именно.

ИВАН

Что же ты со мной дружил?

ПАША

Ну как... Земляки же... И потом, раньше ты ж мировой парень был.

ИВАН

А сейчас ?

ПАША

Схужел... мало-помалу... Я тебе по-честному. Как деньги появились у тебя - так и пошло... А может, и наоборот: сперва пошло, а с тем и деньги.

ИВАН

Так, а что же ты дружишь с таким?

ПАША

От друзей не отказываются.

ИВАН

...Спасибо тебе.

ПАША

Да ладно... Не бери в голову.

ИВАН

(с выступившими вдруг на глазах слезами)

... Паш... как же не хочется... чтобы жизнь кончилась...

ПАША

Так это всем. А ты такие мысли гони.

ИВАН

Налей, что ли. Мне сантиметр - не больше.

Павел наливает, себе - полстакана, Ивану - на донышке.

ПАША

Ну, дай Бог тебе здоровья ! Чтобы вылечили тебя.

ИВАН

Спасибо, Паш... И за твоё.

Друзья чокаются и выпивают, берут по куску колбасы и зажёвывают водку. Вдруг Иван запрокидывает голову назад и делает носом несколько быстрых вдохов. Потом встаёт и идёт с запрокинутой головой к кровати, доставая на ходу платок из брючного кармана. Затем ложится на спину, прикрыв нос платком.

ИВАН

Кровь пошла... У меня теперь часто...

ПАША

(обеспокоенно)

Что-нибудь дать тебе? Может, снега с улицы принести?

ИВАН

Не, не надо... Просто полежу.

Пройдёт.

ПАША

Всё-таки пойду наберу - пригодится.

Павел достаёт из комода небольшую кастрюльку и выходит. Иван глубоко вздыхает и закрывает глаза.

.12.4.

НАТ. СУМЕРЕЧНОЕ ЗИМНЕЕ УТРО. ТА ЖЕ УЛИЦА ВДОЛЬ ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНЫХ ПУТЕЙ ВОЗЛЕ ПЛАТФОРМЫ 'БЫКОВО'

Иван подходит к церкви, и, перекрестившись, входит в ограду... сняв шапку, заходит внутрь.

.12.5.

ИНТ. В ЦЕРКВИ.

Иван входит и осматривается. Полумрак. Кое-где горят свечи. Службы нет, и в церкви почти никого. Возле прилавка со свечами и иконками о чём-то тихо переговариваются батюшка и пожилая служка-продавщица. Иван находит глазами икону Спасителя и, сделав несколько шагов ему навстречу, начинает молиться - не отрывая глаз от лика Христа, практически беззвучно, полушёпотом. Вдруг на Ивана накатывает немощь, и он, пошатываясь, делает несколько неуверенных шагов к стене и опирается на неё. Батюшка замечает это и подходит к Ивану.

БАТЮШКА

Извините, молодой человек, Вам плохо?

ИВАН

Да... Пройдёт минут через пять.

БАТЮШКА

Может быть, скорую ?

ИВАН

Не надо.

БАТЮШКА

Тогда хоть присядьте пока - Вам станет полегче.

Поддерживая Ивана, батюшка подводит его к скамейке, и Иван опускается на неё.

БАТЮШКА

Простите, а зовут Вас как?

ИВАН

Иваном.

БАТЮШКА

Помолюсь сегодня за Ваше здравие. Отдыхайте.

ИВАН

Спасибо.

Батюшка осеняет Ивана крестным знамением и отходит от него. Иван достаёт блистер с таблетками, вынимает и глотает две штуки... Понурив голову и закрыв глаза, он продолжает молитву.

.13.

ИНТ. В КОМНАТЕ НОВОЙ ('МЕБЛИРОВАННОЙ') КВАРТИРЫ ИВАНА.

Мебели и вещей очень немного, и заметно, что они очень старые: стол, пара стульев, диван, шкаф, телевизор на ЭЛТ (на тумбочке в углу), незанавешенное окно, за которым томится пасмурный зимний день. Освещение не включено, и в комнате мрачновато. А вот телевизор включён - при очень слабом звуке. Напротив на диване, прикрывшись пледом, лежит на боку лицом к стене Иван. Его голова острижена наголо, и видно, что сегодня он не брился. Дверь в комнату (из тёмной прихожей) открыта.