– Нет, я наелась, спасибо.

– Ты такая хорошенькая с этими мокрыми волосами. Может, я задержусь на пять минут?

Я вытянула руки, приглашая, и через секунду он уже целовал мои масляные губы.

– Я тебя съем, ты такая вкусная.

– Ладно, - засмеялась я.
– Пять минут тебе как раз хватит.

– Не знаешь, где моя куртка?

Меня окатили ледяной водой.

– Куртка...

– Я, кажется, ее оставил на крючке возле двери.

– Ты хорошо поискал?

– Да, посмотрел вроде везде. Да ладно, найдется, чего ты? Просто неохота ветровку Марка одевать, я чужие вещи носить не люблю. Ладно, фиг с ней, этой курткой. Ева уехала с матерью, может она куда задевала. Кать, ну что с тобой?!

Я высвободилась из его рук и села. Вцепилась в чашку с кофе.

– Что-то я замерзла.

– Погрейся.
– Он накинул мне на плечи одеяло. Я вздрогнула и резко обернулась. Та же интонация!

– Кать?!
– Он опешил от моего взгляда.

– Я хочу еще немного поспать.
– Холодно сказала я.
– Такая ночь... суматошная.

– Я испугал тебя, да? Ночью...

– Нет, просто не спалось. Кит, иди!

Он какое-то время всматривался в меня, а потом встал.

– Ты какая-то чужая становишься... ладно, отдохни. Тебе со мной трудно, я знаю. Впутал тебя в эту мою дурацкую жизнь... я все исправлю, вот увидишь!

– Все хорошо.
– Я постаралась сказать это мягче и улыбнуться.
– Правда. Просто плохо спала.

– Хорошо. Ладно, отдыхай.
– Он тоже улыбнулся, но напряженно. Впрочем, наверное его улыбка была отражением моей.

Когда дверь за ним закрылась, я метнулась к окну. И замерла, с ужасом глядя на развалины Мингона. Неужели ночью я и правда была там?!! Видела мальчика с глазами Кита и... метро?!! Было ли это метро?! Я никогда не была в столице. Черт, ну о чем я думаю, какое метро?! Какой мальчик?!

Но я держала его на руках! Я помню тепло его тела, я помню холодную его ладонь, которую старалась согреть. Может, есть какое-то бредовое, но разумное объяснение? Например, сын Кита! Которого Клара держит там! Может, Кит не все мне рассказывает?! Я не выдержала этого потока глупостей, что выдавал мой разум, и стукнула кулаком по подоконнику, чтобы боль вернула меня в реальность. Спокойно, это лишь сон. А куртка - да чушь, мы ее просто забыли на улице вчера! Надо же, из-за куртки такое нагородить! Может, куртку сдуло ветром в море. Она плавает по волнам, а не осталась на полу подземелья, когда я схватила мальчика на руки!

Кит такой спокойный сейчас, нельзя говорить ему о сне. Пусть все идет, как идет. Я посмотрела на расстеленную постель. Быть может, стоит поспать еще часик. Чтобы изгнать остатки ночного кошмара, который липкими лапами приклеился ко мне и никак не хотел отпускать. Нырнув под одеяло, я свернулась калачиком и почти стразу провалилась в сон. Так быстро, будто и правда полночи не спала, а бродила по окрестностям. На этот раз снов не было.

Проснулась я после полудня. Сразу почувствовала, что Кит рядом. Он спал. Осторожно, стараясь его не разбудить, я встала с кровати. На тумбочке, с его стороны, лежала раскрытая книга. Не удержавшись от любопытства, я вытянула голову и прочитала название "Сказки" Ганс Христиан Андерсон. Боже мой, какая прелесть! Кит лежал рядом со мной и читал сказки. Я наклонилась и едва касаясь, поцеловала его в висок.

– Моя русалочка...
– прошептала я. Открыл глаза, и посмотрел на меня, потом бросил взгляд в окно.

– Ну мы и поспали, Катьк.
– Пробормотал он.
– Я так запарился с этими досками, что свалился. Тупые местные грачи ничего толком не могут сделать.

– Как тебе книжка?
– Лукаво спросила я.
– Не думала, что ты умеешь читать.

– Развиваюсь помаленьку. До сказок дозрел.
– Ухмыльнулся он.

– И как тебе?

– Фигня ваш Андерсон. За репку и курицу рябу драматургии больше.

Я засмеялась.

– Нет, Кать, правда. Он больной чувак. Зачем сказки с плохим концом? Детям такое читают, да? Это натурально триллеры! Когда вроде переживаешь за героя, думаешь, ну вот, победил он всю нечисть, щас будет салют и мешок ништяков в подарок. А тут бац - и он сдох в последнем абзаце. На хрен такие сказки нужны, а? Расстраивают только.

– Кит, ты такой милый...

– Русалка!
– Возмущенно сказал он.
– Охренеть! Да ведь она сдохла в конце, ты знала?

– Ну нет, она кажется... в какое-то там небесное создание превратилась, летала, детей целовала.

– Да говорю тебе - сдохла. Просто цензура его чернуху не пропустила, и ему пришлось подсластить это дело небесными созданиями. Но разумному человеку там все ясно между строк. Утопла. Сыграла в ящик. Суицид, бля... чистый суицид.

– Тебе ее жалко?
– Умилительно прошептала я ему в самое ухо.
– Мой мальчик расстроился от грустной сказки?

– Да не в том дело.
– Он серьезно посмотрел на меня.
– Кать, этот Игнат, он же намекал на эту сказку. Типа, я - русалка.

– Ага.