– Как?

– Он врач - правда, этот... уролог! Но у докторишек же всегда корефаны докторишки. Может, какого мозгоправа надежного посоветует, тот мне пропишет лекарств.

– Ты уже пьешь антидепрессанты...

– Да, это в аптечке посоветовали. Я пришел, говорю - у меня плохое настроение все время, типа депрессия. Они мне дали. Но это не помогает нифига.

– Их нужно пить недели две, чтобы подействовали.

– Не знаю. У меня нет двух недель, я себе не верю. Надо что-то типа... ну как дурачкам дают на дурке, чтобы они спокойные вообще становились. Что-то такое мне надо, короче. Доктора знают, наверное, лучше. Эти лекарства так просто не купишь, надо рецепт.

Он что-то еще рассказывал мне об этом своем знакомом враче, о каких-то загородных домах, которые у этого врача были раньше. А я между строк слышала лишь то, что Кит уйдет. Мы приедем в город, он свяжется со своим приятелем и уйдет от меня. И снова я поразилась - как много изменил один день, один вечер, один поцелуй... Еще недавно я вздохнула бы с облегчением, узнав, что Кит меня освободит от своего общества. Сегодня же мысль пронзила меня тоской. Нет, я никак не показала своих чувств, я дежурно кивала и делала внимательное лицо. Но мне стало так больно внутри, так невыносимо больно... Может быть выход - лечь рядом с ним сейчас? И чтобы он сделал то, что делал раньше. Я бы вмиг отрезвела, исчезло бы наваждение! Да, пожалуй, это самое правильное решение! Меня совсем недавно оставил Роман, я думала, что у меня разбито сердце, но по сравнению с тем, что я испытывала сейчас, то была лишь тихая печаль. Сейчас я была в панике. И мой мир рушился по-настоящему. Мир, в котором, в общем-то, почти не было Кита, в котором вполне нормально было и без него! Но он рушился...

– Господи, почему так сильно...
– вырвалось у меня, и я тут же осеклась. Кит что-то говорил в этот момент. Что-то, что я не слушала, занятая своими переживаниями.

– Что?
– Растерялся он.

– Ничего.
– Бросила я и, вскочив, быстро ушла в ванну. Там я включила воду посильнее, а сама уставилась на свое отражение.

– Что со мной?
– Шепотом спросила я у зеркала.
– Почему это происходит?! Пусть он уйдет! Пусть! Лучше пусть уйдет...

Такси приехало за нами раньше, чем проснулись остальные. У меня не было сил на прощание с моими друзьями, на все эти дежурные тексты. Я пребывала в какой-то прострации. Так что мне этот наш английский побег оказался только на руку. В машине снова сели на разные концы сидения. Он у одного окна, я у другого. Но какая пропасть была между днем вчерашним и днем сегодняшним. Пропасть в моем сердце. Накануне я хотела держаться подальше от Кита, потому что испытывала страх и отвращение даже при случайном прикосновении. Сегодня я хотела держаться от него подальше, потому что испытывала лишь страх. Потерять себя. Что делать дальше? Как быть? Он уйдет, а я останусь с этим новым мучительным чувством в душе. Могу ли я удержать его? И зачем? Он прежний, это же очевидно! Я просто обманываю себя, говоря, что Кит изменился. У него депрессия, он вырван из привычного окружения, дезориентирован - но это все внешняя сторона. Внутри он все тот же.

Мы заехали в первый же магазин и купили ему телефон и сим-карту. Всю оставшуюся дорогу он названивал каким-то знакомым, чьи номера помнил и просил их дать номера других знакомых. Записывал, ругался на незнакомый аппарат, опять звонил, снова вел эти ритуальные разговоры, так принятые в его среде. И совсем не говорил со мной. Все это уже было, было... много лет назад я так же находилась при нем безмолвной мебелью. Ничего не изменилось. А все, что я себе придумала - ложь, ложь... Когда мы подъехали к дому, я была уже совершенно спокойна. Пусть он уходит. От этой проблемы нужно избавляться.

Кит был в приподнятом настроении. Ему удалось дозвониться этого своего доктора-уролога, и тот радостно согласился поселить Кита у себя в доме, пока не решатся проблемы. Конечно насчет "радостно" - это я для красного словца добавила. Кит умеет убеждать. Если он чего-то хочет, ему сложно отказать, впрочем, знающие люди и не рискуют никогда отказывать.

– Петька даст мне таблетосы, и я наконец-то высплюсь нормально. Ведь ложусь каждый день, не зная проснусь ли. Проснусь ли, летя башкой в асфальт.
– Говорил Кит, собирая свои вещи в небольшую спортивную сумку.
– А там отходняки после колдуна того пройдут и вся эта хрень закончится.

Прижавшись к дверному косяку, я молча следила за его суетливыми движениями. Скорей бы, скорей бы он ушел! Это было невыносимо! Хочу остаться одна. Здесь, в своей квартире, в своей хорошей жизни...

– Я тебе оставлю денег.
– Он бросил на стол несколько крупных купюр.
– Позвонишь мне, как закончатся. Ну и вообще - надо будет что - звони. Записала мой номер себе?

Он уже был у двери, готовый выйти. Мне нужно было лишь сделать шаг в сторону. Я все медлила. Кит нетерпеливо взялся за дверную ручку. Я подняла на него глаза. Не знаю что в них было, в моих глазах. Я же с этим не знакома. С такими чувствами. Может, их надо прятать... я еще не умела. И может он увидел. Как-то понял... может на него уже смотрели ТАК другие женщины. Или там я не знаю... Но когда я схватила его руку, лежащую на двери, рука его уже была не твердой и соскользнула, поддаваясь мне.

– Не уходи.
– Прошептала я, сжимая его запястье: - Пожалуйста, останься...

Он взял меня за подбородок. Нежно. Ну насколько мог. Посмотрел внимательно и долго. Так долго, что я успела умереть и родиться заново. Хотелось зажмуриться, но я терпела.

– Да ведь я и пришел, чтобы остаться.
– Произнес он.

– Что?
– Не поняла я.
– О чем ты?

Он усмехнулся уголками губ.

– О том, о чем сказал

– Не уйдешь?
– Спросила я упрямо.

– Уйду.

– Ну и уходи...

– Не боишься больше меня? Я же вижу, что-то поменялось.
– Сказал он довольно мягко. Ну для него - мягко.
– Нет, Кать, это приятно, что ты не шарахаешься от меня больше, но я не нуждаюсь в твоей жалости.

– Мне не жалко тебя.
– Сказала я и тут же осеклась: - Ну в смысле... это не имеет значения. Эта твоя проблема тут ни причем.

– А какая - причем?

– Проведи со мной ночь.
– Выпалила я. Брови его поползли наверх, и он отшатнулся от меня.