Небрежно бросает на кровать, но почти тут же, как только я успела посмотреть на парня, переворачивает меня на живот, сильно надавив на поясницу. Новый вскрик. И его едва слышная ухмылка.

Пытаюсь оттолкнуться от кровати, но Мичи, почти разорвав верх платья, перехватывает запястья, быстро связывая их своим ремнем.

– Замолчи, - холодное, едва знакомое.

Все тело мгновенно покрывается дрожью, словно я вновь оказалась в том злополучном подвале. Пока Джеймс снимает платье, попеременно болезненно кусая спину, я стараюсь привести мысли, немного замутненные алкоголем, в порядок.

Я не в подвале. Я не…

Новый крик с очередной порцией боли почти выбивает из колеи, заставляя едва ли не до крови расцарапать собственные ладони. Но в этот раз Джеймс медленней, словно теперь он издевался пыткой иного рода. Укусы смягчились поцелуями, давая телу немного расслабиться. Дыхание настолько горячее и сухое, что почти обжигает легкие.

И в этот раз мне гораздо приятней, чем на кухне несколько минут назад.

Полувсхлипы сменяются тихими, но чувственными стонами, и странное возбуждение заставляет почувствовать приятную дрожь. Но и она исчезает, когда Мичи касается шеи, слегка надавив на нее и перекрывая доступ к кислороду. Я пытаюсь что-то сказать, извиваться, но другая рука парня по-прежнему придерживает поясницу, позволяя лишь немного выгнуться.

Вспоминается почти забытая попытка самоубийства, а слезы наворачиваются на глаза.

– Джеймс, - хрипло.

Он останавливается, замирает, словно на мгновение возвращаясь в реальность. Затем, отпустив шею и позволив вдохнуть воздух полной грудью, тут же развязывает мои запястья, накидываю на измученное тело что-то наподобие халата.

– Уходи отсюда, - хрипло и тихо, но всё так же властно, - сейчас же!

Я не могу ослушаться приказа, мгновенно вставая на ватные ноги и выбегая из спальни.

***

Я пытаюсь продолжить чтение, но буквы и строчки плывут перед глазами, покрасневшими от нового потока слез.

Неужели чувства держат тебя здесь, Вивиан? Насколько настоящие эти чувства?

Я закрываю лицо ладонями, и из груди вырывается новый отчаянный крик, словно я сама себя запираю в клетку, сама вкалываю себе транквилизатор и с перекошенной от страха улыбкой, застывшей на лице, погружаюсь в свое вечное спокойствие.

Нет, это было далеко не так, и ссутулившаяся спина, слабость в теле давали о себе знать.

Что ты чувствовала, когда Джеймс делал это с тобой?

Нельзя сказать, что тебе не понравилось ощущать его силу. Его грубость. Его власть над твоим слабым, беззащитным телом, оказавшимся в руках самого дьявола.

Так что же происходит с тобой, Вивиан Роуз Грей? Что, черт побери, с тобой происходит?!

– Как себя чувствуешь?
– голос из темноты заставляет вздрогнуть, почти выронив книгу.

– Нормально, - откровенная фальшь.

Мичи осторожно подходит, садясь неподалеку, на расстоянии вытянутой руки. Если бы он сел ближе, я бы постаралась отсесть. Как же хорошо парень знает тебя, Вив. За такое короткое время.

– Я предупреждал, что будет неприятно, - начинает он тихо, внимательно изучая лицо, и я сжимаю губы в тонкую линию.

– Я помню, - тихо.

– Ты понимаешь, почему я прогнал тебя?

Отрицательно качаю головой. Я знала, что он вовремя отпустит шею, просто не собиралась привыкать к играм с кислородом.

– Я боюсь причинять тебе слишком много боли, Вивиан, - сглотнув, парень опрокидывается спиной на кресло, тяжело вздохнув.

– Джеймс, я могла вытерпеть и дальше. Если насилие в твоих… - но я не успеваю продолжить.

– Я не хочу насиловать тебя!
– крик, громкий, страшный, пугает меня, - Мне больно видеть тебя такой, - уже тише, - синяки, оставленные на твоем теле от меня… Чудовище, - добавляет почти шипя.

Я замираю, вжавшись в это кресло и чувствуя себя слишком маленькой и глупенькой по сравнению с ним. Я ведь просто люблю его. Без упреков. Без заморочек по поводу его грубости, его предыдущих действий надо мной. Но самоконтроль Мичи явно хромает, и я не могу с этим ничего поделать, лишь наблюдая, как он своими собственными упреками приближается к бездне. И это больно, ведь парень, сам этого не понимая, отталкивает меня, фактически, свою единственную руку помощи.

– Ты не чудовище, - тихо произношу, осторожно вставая и перемещаясь на его колени, пальцами притрагиваясь к груди и перебарывая собственный страх.

Красавица и Чудовище. Одна из любимых сказок превратилась в страшную реальность, но, в отличие от Бель, моих сил не хватало на пробуждение человека внутри монстра. Я была слабее, гораздо слабее.

– Вивиан, - я чувствую, что парень хочет оттолкнуть меня снова, но продолжаю прижиматься к нему.

– Я люблю тебя таким, какой ты есть, - осторожно касаясь подбородка пальцами и пересекаясь с холодным взглядом Джеймса, - и для меня ты не чудовище.