– Я занимаюсь боевыми искусствами, - добавил мальчишка, не дождавшись от меня еще вопросов.
– Рукопашным и несколькими интанскими.

Интания славилась своим разновидными техниками боя. Я тоже знала несколько приемов из разных техник, но серьезно никакими не увлекалась.

Несколько минут мы, молча, пили, потом мальчишка со стуком поставил пустую бутылку, посмотрел на меня прямо в упор и напряженно произнес:

– Больше ни о чем меня не хочешь спросить?

– А надо?
– безразлично уточнила я.

– Тебе совсем не хочется ничего узнать о своем будущем парне?

Я подавилась пивом. Между прочим, впервые в жизни! И удивленно глянула на мальчишку, усмехнулась и заявила:

– В самомнении тебе не отказать.

Мне широко улыбнулись.

– Я знаю. И это только вопрос времени, когда ты станешь моей. Как бы ты не отрицала, но я тебе нравлюсь.

– Я хоть раз это отрицала?
– усмешка все не сходила с моих губ.
– Напомнишь, а то у меня, видно, с памятью проблемы.

– Но ты и не утверждала обратное, - мастерски выкрутился мальчишка.

– И то верно, - согласилась я, повернулась и крикнула: - Принеси еще одну!

– Две!
– исправил мальчишка.

Нам тут же принесли еще две бутылки санра. На это раз мы не произнесли ни слова, пока их пили. Просто сидели, молчали, делали глотки и смотрели друг на друга. И это было странно. Очень странно. Я не любитель таких молчаливых пауз, когда вам нечего сказать друг другу и на головы, словно наваливается бетонная плита неловкости. С мальчишкой мне было вполне комфортно в молчании. И еще мне как-то полегчало, потому что мысли о сестре и отце ушли, заменив собой мыслями об этом мальчишке.

Мне трудно объяснить это чувство, потому что я испытывала такое впервые, но мы словно общались взглядами. И его взгляд говорил мне о сочувствие, о нежности, о поддержке, о том, что все будет хорошо, о том, что он рядом со мной и никуда не уйдет.

Интересно, о чем говорил ему мой взгляд?

Или, может, я просто напилась, все эти чувства вызваны опьянением?

Не знаю, что было верным, но когда мы допили, то без слов поднялись на ноги. Я хотела кинуть деньги на стол, но мальчишка остановил меня жестом руки и покачал головой, расплатился сам.

Когда мы вышли из "Оленьего рога", он разбил тишину только одной фразой.

– Я провожу тебя.

Зная о его упертости, я не стала отказываться.

Возле моего дома, я сама наклонилась к нему и поцеловала. Мальчишка вначале растерялся, а потом ответил, крепко прижал меня к себе.

Отстранившись от меня, он хрипло произнес:

– Иди в дом, иначе я уже не смогу остановиться.

– Тогда может не надо?
– лукаво спросила я.

– Надо. Я не хочу так, - упрямо произнес он.

– Ну и отлично!
– бросила я, развернулась и направилась в подъезд.

Подходящее настроение распалось, словно фейерверк. Не хочет так? Но ведь я ему сказала, что на большее он может не рассчитывать.

– Постой!
– Мальчишка дернул меня за руки, заставив развернуться.
– Ты мне нравишься. Даже больше, я влюбился в тебя настолько, что начал задумываться о женитьбе, хотя до знакомства с тобой, считал, что будут холостяком лет до сорока...

Я прижала палец к его губам, заставив замолчать.

– Макс, ты еще слишком молод, чтоб задумываться о такой трудной вещи, как брак. Может, сейчас ты чувствуешь ко мне сильные эмоции, но я уверена, это временно.

– Почему ты так цинична?
– теперь меня оборвал мальчишка.
– Неужели ты никогда не любила?

– Нет, - честно призналась я.
– Мне многие нравились, и с некоторыми из них я пыталась завести отношения, но чувства, вскоре, исчезали, поэтому я рада, что мы не связывали себя узами брака. Мы могли спокойно разойтись, а не терпеть друг друга, втайне заводя любовников.

– Я понял, - серьезно произнес мальчишка. Я уж было обрадовалась, но он продолжил: - Ты боишься брака. Возможно, у твоих родителей был несчастливый брак, и ты не хочешь повторить их участь. Именно из-за этого ты и боишься любить.

Дело было не только в неудавшемся браке родителей, но в том, что меня с подростковых лет мама пыталась выдать замуж. Она своими дотошными разговорами и организаций встреч с потенциальным зятем меня так довела, что я не могу без дрожи думать о замужестве, не говоря уж о том, чтоб взять и решиться на подобный шаг.