Я не должна была этого делать. Мне нужно лучше контролировать себя. Но Рену нечего бояться. Я забираю розу из его руки и затыкаю ее в косу. Затем я поднимаю мальчика и направляюсь к дворцу. В саду он будет в безопасности, пока не проснется завтра. Я останавливаюсь в переулке прямо перед сторожевым домиком и нажимаю на два кирпича, чтобы открыть потайной проход. Я торопливо иду через тоннель, и через несколько минут выхожу в сад, залитый лунным светом. Рен не шевелится. Его неподвижность беспокоит меня, но его грудь поднимается и опускается, когда он дышит. Удовлетворенная, я кладу его на резную мраморную скамейку рядом с розовым кустом. Перед тем как я могу лучше обдумать то, что собираюсь сделать, моя рука проскальзывает по линии его лица. Я хочу запечатлеть в своей памяти каждую черточку на нем.

Раньше я только чувствовала его запах и мельком видела его издалека, но это другое. От солнца его кожа загорела, и перед тем как он уснул, я видела, что его глаза такого же насыщенного цвета, что и земля в моем саду. Волосы тоже, но с несколькими прядками, выцветшими на солнце.

Я больше не должна видеть его. Это было опасно. Слишком опасно. Я не могу признаться в этом Отцу.

Присаживаясь на корточки, я еще раз вбираю в себя красоту этого сада. Когда я смотрю на розы, весь мир меркнет, остается только этот же розовый куст, освещенный светом полуденного солнца высоко в небе. Мужчина показывает их мне, у него темные волосы и королевская осанка. У него такие добрые голубые глаза, что я моментально чувствую доверие к нему. На самом деле, глядя на него, меня заполняет чувство благодарности.

– Я знаю, как сильно ты любишь розы, – мужчина говорит. Капли росы, образовавшиеся на лепестках, светятся на солнце, придавая розам волшебный вид. Воспоминание такое живое, что я протягиваю руку, но оно очень быстро исчезает. Теперь есть только я, и Рен, и молчаливые цветы в лунном свете.

У меня занимает несколько минут, чтобы прийти в себя. Неужели я была в этом саду раньше? Окружение в моем воспоминании практически такое же, вплоть до кованных ворот с завитушками. Я уверена, что любила его, и я не удивлюсь, если окажется, что я дружила с садовником в прошлой жизни.

Но меня не отпускает чувство, что этот мужчина был кем-то больше. И это меня беспокоит. Эти видения или воспоминания или что это еще может быть, находят на меня так неожиданно, но ни в одном из них еще не было Отца. Неужели, я полностью забыла все воспоминания о нем? От этого я чувствую себя только хуже. Я уверена, что он заметил, когда я описываю ему мимолетные видения, которые мой мозг выдает мне, что его там нет.

Может быть, мне больше не стоит ранить его чувство рассказами о них. Хотя мне жутко хочется узнать, как я могла находиться в королевском саду.

Я убегаю из дворца, направляясь в тюрьму. За последние несколько дней колдун установил еще пару стражников снаружи помимо тех, которые находятся внутри. Они патрулируют вокруг тюрьмы каждые пол часа. Колдун знает, что кто-то забирает его девочек.

Но он никогда не должен узнать кто.

Я облетаю стражников, пока не пропадаю из зоны их видимости, и затем взлетаю на крышу. Им еще надо разглядеть меня между моим плащом и темнотой. Я сдвигаю несколько черепиц в сторону и ныряю вниз.

Я больше не ошибалась комнатой с той первой ночи, но стражники все поняли. С высоты балки, на которой я сижу, мне видно четырех стражников, расположенных в углах комнаты.

Неужели они не понимают, что им меня не одолеть. Или находясь в рабстве у колдуна, они начинают желать помешать мне? Может быть, кто-то из них все еще хочет попробовать.

Я вытягиваю из-за пояса склянку и кидаю между ними. Один стражник стоящий рядом с одной из девочек, поднимает свой взгляд, когда я прыгаю вниз на пол. Он пытается закричать, но у него получается только сдавленный шепот. Другие стражники опускаются в своих креслах, когда легкая дымка окутывает их.

Ближайшая девочка поддается сну, и переворачиваясь кашляет. Она худая как щепка и ее шея сильно покрыта сыпью, но, тем не менее, мне нравится, как она выглядит. Сегодня я спасу ее.

Я СВОРАЧИВАЮ У САДА, ЧТОБЫ СОРВАТЬ ПАРОЧКУ РОЗ, ПОКРЫТЫХ ИСКРЯЩИМИСЯ КАПЛЯМИ РОСЫ. Затем направляюсь прямо к башне. Надеюсь, девочкам они понравятся также как и мне, хотя все чем они занимаются, это спят и прячутся от меня. В крайнем случае, розы просто сделают комнату ярче. Я открываю дверь в башенную комнату и ставлю цветы в маленькую вазу, которую разместила на прикроватном столике. Свет из окон проходит через занавески, освещая две спящие фигуры, укрытые одеялом до самых ушей и пустую кровать. Я резко останавливаюсь. Здесь спят только две девочки. Та, которую я принесла прошлой ночью, пропала. Я слетаю вниз по лестнице, в ушах стучит кровь. Колдун нашел нас. Но почему он забрал только одну?

– Отец! Отец! – кричу я. Я должна убедиться, что с ним все в порядке. Мне нужно немедленно рассказать ему о пропавшей девочке. Он выходит из дома, на его лице появились удивление и тревога.

– Что, Ким? Что случилось?

Я приземляюсь перед ним и кидаюсь ему на шею.

– Отец, девочка, которую я спасла прошлой ночью. Она пропала!

Он гладит меня по спине, как раз между крыльями.

– О, я надеялся поговорить с тобой до того, как ты отправишься в башню.

Он отрывает меня от себя и держит на расстоянии вытянутой руки. От слез у меня перед глазами его очертания размываются в серебристые полоски.