– Тебе неинтересны наши условия, капитан?
– подивился Юрий.

– Ещё сомневаетесь, уроды, - приставил левую руку к подбородку тот.
– Надеюсь, вам не нужно объяснять, что колонистов и так уже списали в утиль. Поэтому я могу положить вас вместе с ними. А то заложники у вас... уроды!

Полковник резко повернулся к ним спиной.

– Стой! Да стой же ты, вояка!
– пробасил головорез.
– Твои условия?

– Отпустите заложников, и всякому из вас будет дарована жизнь... вплоть до суда. А уж суд решит вашу дальнейшую участь!
– пробасил капитан.

Юрий выстрелил, но угодил в закрытые створки возникшей вновь переборки за спиной полковника.

– Ты с ума сошёл, Панарин!
– вскинулся на него головорез, и напоролся на ствол, воткнувшийся ему чуть ниже живота.

– А кто говорил: я нормальный?
– уточнил землянин.

– Ты действительно - ненормальный, - отшатнулся разбойник от агента.

– Как себе хотите, уроды, - ввернула Нора, - но лично я не намерена сдаваться. Я ещё слишком молода, чтобы прохлаждаться в «Берлоге». Уж лучше сдохнуть тогда!

– Да...
– подхватил её призыв мародёр.

– Что?
– заставил головорез прикусить его язык, иначе грозился засунуть в причинное место.

– Короче, моё предложение простое, - заявил во всеуслышание землянин.
– Каждую минуту задержки убивать по одному заложнику. Кто-нибудь против?

– Я, - рявкнул в последний раз головорез, и на этот раз Юрий раскурочил ему атомной пулей голову, заставив его мозги угодить на мародёра с прочими уродами. Досталось даже колонистам.

Некоторые попадали вслед за головорезом мешками на пол.

Видеть того, что происходило внутри санчасти, на крейсере, федералы не могли, по причине выведенной головорезом камеры внутреннего наблюдения, поэтому вновь вышли на переговоры с уродами посредством динамиков связи.

– Кто стрелял? Отвечайте немедленно!

– Я, - раздался знакомый капитану 1-го ранга по переговорам голос.

– Почему? Что случилось?

– Внештатная ситуация. У нас появился один неучтённый труп, - пояснил коротко Юрий.
– А через минуту число трупов удвоится.

– Ты убил заложника?
– сообразил полковник, куда клонит переговорщик от уродов.

– Нет, он сам застрелился. И так два разя подряд, - выстрелил ещё раз Юрий, чтоб наверняка.

– Прекратить жертвы! Оставить стрельбу!
– сорвался в крик полковник, готовясь пойти на уступки пиратам.
– Ваши требования?

– Просты, как дважды два, капитан, - продолжил с ним переговоры Гагарин.
– Вы выпускаете нас с заложниками в космос на спасательном звездолёте или любом подходящем для нас судне, и мы расходимся, точно в море корабли.

– С заложниками, я вас не выпущу! Кто потом мне вернёт их, тем более живьём?
– заартачился переговорщик.

– Не беспокойся, капитан, вернём при обмене в астероидах на своих ребят. Ведь у вас есть ещё наши братья, не так ли?
– напомнил Юрий.

– Об этом я не уполномочен говорить с тобой от лица Содружества, урод, - злился полковник.

– И не надо.

– Ладно, тогда хотя бы женщин оставьте в покое, - предложил полковник.
– Уступка за уступку.

– Ещё чего!
– выкрикнул мародёр.

Его голос перекрыл очередной выстрел.

– Минута прошла, - напомнил о своём обещании убивать по одному заложнику в данный отрезок времени переговорщик от пиратов.

– Урод! Ты ранил меня-а-а...

Нора опередила Юрия, введя ему усиленную дозу снотворного. Будь иначе, его подельники могли взбунтоваться, а так уверовали: эти двое им не враги, и помогают выбраться из непростой ситуации. Ну а то, что головорезу прострелили голову - сам виноват. Его же предупреждали: вести переговоры совместными усилиями. Вот и доигрался до потери головы, а с ней и жизни.

– Прекрати стрелять, урод!
– вторил мародёру полковник.
– Я готов пойти на уступки, только давай обойдёмся без ненужных никому жертв.