Чувствуя, что атмосфера сгущается, Бэн любезно спросил:

— Ну, как, автомобиль теперь в порядке?

— Я как раз пустил его для пробы, и при этом едва не задавил мисс де-Розен!

Марчиа улыбнулась с натянутой выдержкой.

— Я всегда говорила мистеру Норскотту, что он ездит слишком быстро!

— Вы где живете? — спросила мисс Йорк.

— Совсем близко отсюда, у друзей, — небрежно сказала Марчиа. — Кстати, вы напомнили мне, что нужно торопиться. До свидания, мистер Норскотт! Большое спасибо вам за катание… Право, вам следовало бы заглянуть к нам до вашего отъезда. До свидания!

Она грациозно поклонилась вновь прибывшим и, махнув мне рукой, быстрым шагом, спустилась по холму.

Мисс Йорк, смотревшая на меня с лукавым любопытством, улыбнулась.

— Какой вы популярный человек, мистер Норскотт, — заметила она, — даже здесь в Суффольке, вам никак не удастся скрыться от друзей!

— Очевидно так, — беспечно согласился я. — Вся окрестность, как будто, усеяна ими! Впредь, если захочу уединиться, останусь в Лондоне.

И чтобы не слушать дальнейших разговоров на эту тему, я предложил:

— Хотите я довезу вас до Кетбертов? Обещаю ехать осторожно.

— Превосходная мысль, — одобрил Бэн.

Мы спустились с холма и через две минуты уже сидели в машине.

Бэн знал дорогу и я правил по его указаниям. Вскоре мы очутились среди чудного леса, за которым издалека виднелся старый дом.

— Когда вы вернетесь домой? — спросил я.

— Фернивелл приедет в экипаже, — сказал Бэн, — и там будет достаточно места для нас всех, так что можете не беспокоиться.

Минуту спустя, я уже несся обратно в Будфорд: я сгорал от нетерпения увидеть Билли и рассказать ему про мои сегодняшние открытия. Однако, когда я примчался в «Плау», оказалось, что Билли еще не вернулся со своего болота.

Я поставил машину в гараж, написал ему короткую записку и передал ее кельнерше: я сообщил Биллу, что могу прибавить еще одно новое и в высшей степени интересное сведение к имеющемуся у нас запасу. В конце я просил его непременно заехать в «Эштон» на следующее утро.

Затем, считая, что мое долгое отсутствие может вызвать подозрение Морица, я поехал домой. В «Эштон» я прибыл в одно время с коляской, в которой вернулись все с игры в крокет.

Мы стояли на подъезде и весело болтали, когда появился слуга с телеграммой.

— Виноват, сэр, — произнес он, подавая депешу Морицу, — она пришла днем, когда вы только что уехали.

Мориц взял телеграмму и, пока он вскрывал ее, мы продолжали разговаривать. Мисс Йорк шутливо требовала, чтобы я рассказал ей, как провел день.

Отвечая также шутливо на ее вопросы, я случайно взглянул на Морица.

Его глаза были устремлены на меня, и сколько в этом взгляде я уловил ненависти, торжества и недоверия…

Но это длилось не более секунды.

Как только наши взгляды встретились это выражение исчезло, словно стертое губкой и, порывисто смеясь, он стал мять телеграмму в руках.

— Вот так неприятность! — заявил он.

— В чем дело? — раздалось со всех сторон.

— Боюсь, что мне придется сегодня же вечером поехать в Лондон! Произошло какое-то недоверие по поводу одной доверенности, или что-то в этом роде: я не могу ясно понять из депеши. Но требуют, чтобы я, как можно скорее, приехал для переговоров!

Все, за исключением меня, поспешили выразить свое сочувствие.

Тетя Мэри вышла к нам из вестибюля и ей тут же сообщили новость.

— Неужели вам придется уехать, дорогой Мориц? — огорчилась она. — Как это неприятно! Вам нужно поймать поезд отходящий из Будфорда в 9:50! Конечно, я и слышать не хочу, что бы кто-нибудь из гостей уезжал! Стюарт будет заменять вас в качестве хозяина, и мы постараемся не очень скучать!

— Именно так! — подтвердил Мориц, дружески мне улыбнулся. — Вы уж обо всем позаботитесь, старина, не так ли? Я сейчас пойду к себе и уложу чемодан.

В это время раздался удар гонга, — сигнал для переодевания к обеду.

Я поднялся в свою комнату, сел на кровать, закурил, мучительно раздумывая:

«Что же, черт возьми, было в телеграмме?»

Утром следующего дня, пока шли приготовления к крокету, я прогуливался с мисс Йорк, все время ожидая прихода Билли.

Не знаю, было ли заметно мое внутреннее волнение, но после вчерашней встречи с Марчией, я чувствовал тяжесть на душе. Поэтому я с нетерпением ждал Билли, думая узнать от него какие-нибудь новые подробности.

Кроме того, я был убежден, что поспешный отъезд Морица в Лондон, находится в связи с моим делом. Но я никак не мог понять, от кого он получил телеграмму?! Разве от отсутствующего Да-Коста, который, очевидно, был ни кем иным, как моим старшим приятелем «Френсисом».

Мисс Йорк, тетя Мэри и сэр Джордж вышли перед началом матча. Гости разместились на стульях в тени двух вязов и приготовились следить за ходом игры.