Артур перечислял черты Кристины с точным попаданием в яблочко. Она изумленно слушала его, боясь и одновременно восхищаясь словами, которые он произносит.

— Неспособная добиваться своего от людей, от мира, смиренно соглашающаяся с тем, что есть. Вас, Кристина, только прошу, не обижайтесь, сильно подводят два принципа: «хоть как-нибудь» и «если получится». Поймите, не может быть «если получится»! Если вы хотите чего-то, вы не должны сомневаться в том, что получится. Вас не должен устраивать «какой-то» результат, добивайтесь того, который вам нужен…

— Откуда вы все это знаете? — на миг Кристина представила, что кто-то из знакомых ради хохмы прислал ей этого перца. Так, чтобы взбодрить.

Артур взял со стола книгу, пролистал пару страниц и начал читать.

«Опять весь вечер я смотрела на Виталика. Он очень интересный, необычный, какой-то очень "мужской". Речь, наполненная глаголами, быстрые жесты, харизматичность. Он владеет лесопилками.

Романтично.

Как гармонично сочетаются в нем красота и наивный взгляд подростка с решительностью и жесткостью зрелого мужчины! Мне страшно хотелось поцеловать его милые ямочки в тот момент, когда он улыбался. Наверное, он хороший муж? Вряд ли верный, но заботливый, страстный.

Что важнее — верность или любовь?

Конечно, любовь.

Любовь — это когда ты смотришь на человека и у тебя вырастают крылья, в душе играет симфония женственности, улыбка не сходит с лица, в глазах сияет радость. Кажется, ты слышишь, как поют бабочки…

Виталик рассказывал анекдоты, шутил. Иногда смотрел на меня. Но снова отворачивался и больше внимания уделял Лизе, которая угрюмо и снисходительно принимала его ухаживания, надменно улыбаясь. На ее лице было написано: "Ох уж эти олигархи. Все как однояйцевые близнецы. Надоело!"

Chateau Latour в больших бокалах на тонких ножках, сыры, виноград, на десерт клубника со сливками, крем-брюле. Розовые стены, кругом зеркала в золотых рамах, украшенные амурчиками, свечи в антикварных подсвечниках. Это рай. Рай для влюбленных. Рай, но не для меня. Я одна со своими бабочками. Ему они не нужны.

Мы сухо попрощались. Женя предложил меня подвезти. Я согласилась. Разумеется, мы поехали к нему домой. Но ведь я была не против… Уже в машине бабочки перестали петь…»

— По-моему, тут все понятно, более чем! — прокомментировал Артур прочитанный отрывок.

Кристина печально кивнула. «Конечно, все понятно. С любимым не получилось, тогда отдамся хоть кому-то».

Но ведь это всего лишь книжка! Десять тысяч дохлых экземпляров, подписанных ее фамилией. И все. «Почему он решил, что именно это место — про меня? Почему он не обвел в рамочку ту сцену, когда героиня обыграла казино и инсценировала сердечный приступ, чтобы «скорая» вывезла ее вместе с полученными деньгами? — и сама себе ответила: — Потому что это действительно была не я».

Кристина чувствовала себя не в своей тарелке. Она сама так внимательно не анализировала свои тексты. Ей всегда казалось, что ее героиня — смелая, авантюрная, в какой-то степени нереальная и, конечно же, счастливая особа. В конце непременно случается придуманная любовь, в наличии имеется слащаво прописанный счастливый конец. Розовые сердечки, бантики, цветочки, поцелуи и обручальные кольца. Формалин. Лямур-тужур. Инь! Ян! Хрень!

Артур отложил книжку. Дружески улыбаясь, он смотрел на Кристину, излучая понимание и сострадание.

Кристина молчала. Пила. Курила одну за другой сигареты. Бесшумно стучала ногтями по скатерти. Хотелось свернуться комочком на коленях у этого мужчины. Мужчины, который некоторое время назад казался слабым и ранимым существом. Смешно — она хотела ему помочь! Ей самой сейчас нужна помощь. Он же сейчас казался вовсе не беззащитным и обиженным судьбой. Он был человеком, который способен не судить, а понять другого, что так редко в наши дни.

Пауза продлилась недолго.

— Все не так плохо, как вам хотелось бы! — процитировал он Олега. — На самом деле все очень, очень просто. — Артур погладил плечо Кристины своей сильной теплой рукой с вьющимися, очень сексуальными светлыми волосками. — Для того чтобы полюбить себя, достаточно просто не сравнивать себя с другими. Не оценивать свою жизнь с жизнью других. Вы такая одна. А раз вы такая одна, значит, так надо. И именно для вас. Ради вас. Наслаждайтесь. Не соглашайтесь на «абы что», вы достойны большего.

Он продолжал нежно гладить ее по плечу. Кристине захотелось заплакать. Разрыдаться. Пожалеть себя. Рассказать ему про то, как она сейчас живет «абы с кем».

— Сейчас очень модно вести философские беседы. Они заменили разговоры о ресторанах, шмотках, автомобилях. Но увы, это всего лишь разговоры. От них нет толку, — Кристина решила прибегнуть к старому и проверенному способу обороны. «Лучшая защита — это нападение или опровержение». — На каждом углу все твердят, что нужно любить себя, жизнь. Жить каждый день как последний. Но это в теории. На практике все обстоит по-другому.