Марина взяла мужа за руку и потянула за собой. Дмитрий закрыл снова дверь на засов и показал рукой направление. Вскоре они действительно увидели Пирамиду и муж с женой, уже не возмущаясь, подошли к ней и обратились с просьбой о помощи. Одна из граней повернулась, и Пирамида приняла всех троих.

После ночной темноты свет в Пирамиде на какое-то время ослепил Сароевых. Они прикрыли глаза, чтобы адаптироваться, но почти сразу открыли их, услышав радостный голос сына:

– Мама, папа! Ура, получилось!

Тимур кинулся к родителям, прижался к ним, повторяя шёпотом:

– Мы вместе, вместе.

Нариман крепко прижал к себе Тимура, потом отстранился и с любовью присмотрелся к чертам повзрослевшего сына.

– Вот ты и вырос, мальчик, - одновременно радостно и грустно заметил отец.
– Подожди, - спохватился он, - мама говорила, у тебя ноги покалечило.

– У меня они уже целые, папа, - счастливо блестя глазами, сказал Тимур. – Со мной тут такое случилось, сам ещё до конца поверить не могу.

Нариман и Марина огляделись вокруг. Они стояли в просторном зале, освещаемом со всех сторон какими-то невидимыми источниками. Казалось, свет излучают сами стены и потолок зала. За их спинами была дверь, в которую они вошли. На двери крупными зелёными буквами светилось слово «ЗЕМЛЯ». В правую торцевую стену был встроен камин, в котором весело плясали языки пламени. Перед камином был разостлан большой пушистый ковёр. По краям ковра стояли мягкие кресла и диваны, на которых сидели молодые люди, поднявшиеся при их появлении. Посредине зала стоял длинный стол, окружённый удобными креслами. А в длинной стене напротив виднелось несколько дверей. На них крупными буквами были проставлены имена, мигающие прозрачным светом. К своему удивлению, на одной двери родители Тимура заметили свою фамилию «Сароевы», а ниже стояли их имена: «Нариман», «Марина», «Тимур».

За спиной вновь пришедших, растерянно оглядывающих пространство, в котором они оказались, раздался голос незнакомца, который привёл их сюда.

– Добро пожаловать в сообщество волхвов, друзья.

Эти слова прозвучали не торжественно и пафосно, а как-то очень душевно. Они задели какие-то струнки в сердцах бывших пленников. Сердца их до этой поры были просто «зажаты» от всех выпавших на их долю невзгод. А сейчас стало даже легче дышать, сразу поверилось, что всё плохое у них уже позади.

Нариман внимательно оглядел группу людей, сидевших у камина и поднявшихся, как бы в приветствии, при их появлении. Все они, за исключением приведшего их «командира», казались ровесниками Тимура. А на ковре и вовсе сидел мальчик лет восьми-девяти. Рядом с мальчиком сидела небольшая собачка, радостно крутившая хвостом, вероятно в знак того, что принимает пришедших в свою стаю.

До Наримана с запозданием дошёл смысл приветствия.

– Каких волхвов? – с недоумением оглянулся он на произнёсшего эти слова человека.

И понял, что объяснений ему уже не требуется. А требуется поскорее сесть и попытаться освоить тот массив знаний, что появились в его голове. Он пошатнулся, но тут же ощутил, как ласковые руки сына подхватили его. Тимур подвёл отца к ближайшему креслу и заботливо усадил. Рядом «командир» Тимура бережно устроил Марину.

– Ну вот, сейчас освоите полученные знания и всё поймёте, - участливо прозвучал голос одного из молодых людей, окруживших их. Единственная среди них девушка подсела к Марине, взяла её за руку и поспешила успокоить:

– Сейчас всё пройдёт. На меня это тоже сегодня, как снег на голову, свалилось.

Головокружение быстро улеглось, и Сароевы радостно улыбнулись теперь уже ставшим своими товарищам.

– Ну, что? – предложил Леонид, когда они все познакомились, - давайте сразу в озеро, омолаживаться, или отложите это до завтра?

– Нет, ждать я не хочу, - весело замотал головой Нариман. – Сначала в озеро. Ты как, Марин?
– с нежностью глянул он на жену. 

– Я тоже хочу в озеро, - засмеялась Марина. – Хочу быть молодой, красивой, но самое главное – чистой.