Картинка давно сменилась. Укрываясь от дождя, люди спешили по своим делам, обходя застывшего посреди улицы человека. Жизнь продолжалась, менялась, развивалась, ей не было дела до тех, кто заблудился.

Кира не знала, где ошиблась. Вместо того, чтобы помочь Логану, она, кажется сделала хуже. Особенно это стало заметно после остановки в столице. Доктор не помог. Логан стал скрытным и раздражительным и если раньше они брались за любую работу, то теперь он обращался только к компаниям и корпорациям, связанным с космосом. Кира едва ли могла морально судить что-либо, но то, что им приходилось делать было... грязно, отвратительно.

Теперь они не просто путешествовали, они выезжали на задания. Что-то украсть, кого-то запугать или подкупить -- Логану было всё равно, лишь бы продвинуться ближе к ведомой только ему цели.

Вскоре, Кира поняла, что это за цель. Он произносил имя во сне. Слова, казалось, застыли на его губах: "Эра Футура". По какой-то причине, он решил попасть на корабль и готов был ради этого на всё.

Кира не знала, как ей быть. Она ненавидела работу, что брал Логан, и поначалу просто старалась не вмешиваться. Получалось плохо, -- Логан не всегда мог всё предугадать и предусмотреть, и порой ошибался. Тогда Кира шла на помощь, -- она не могла иначе, -- делая вещи, что потом возвращались к ней в кошмарах. Кира была прикрытием Логана, его верным союзником, помощником во всём. Стараясь не думать об этом, Кира убедила себя что это ненадолго, что она сможет достучаться до сознания Логана, освободить его от одержимости.

А работа между тем становилась всё хуже -- из воров и шпионов, Логан и Кира превратились в наёмников. Им заказывали всё: заставить определённого человека, или группу людей, негативно настроенных к "Эра Футура" замолчать, кого-то убить, заставить исчезнуть. Кире приходилось играть разные роли, входить в доверие, блефовать и лгать. Каждый день надевая разные маски, она стала забывать, кто она. Отвращение к этому, злость на себя, отчаяние стали её постоянными эмоциями, -- стали частью её.

Время от времени Кира ещё пыталась попросить Логана остановиться. Это было скорее по привычке, по инерции. Частью себя, она уже поняла, -- эту битву ей не выиграть. Но Кира не оставила его, не смогла. И когда Логан шёл на поджоги, и когда ему заказывали целые семьи, и когда он пытал людей, запирая в подвалах, она была на его стороне. Со временем она перестала плакать по ночам, лишь тихо, шёпотом проклинала свою беспомощность и "Эру", которой Логан был одержим. В сети Кира стала одной из самых яростных противников проекта, и вскоре ей предложили сотрудничество.

Перед тем, как Логан отправился на своё последние задание, на космодром, Кира получила сообщение от знакомого по переписке. Он каким-то образом знал о скором их полёте на станцию, как и знал о Логане. Он предложил Кире выход, способ вернуть его, способ, на который она никогда бы раньше не согласилась но теперь...

В день отлёта, на посадочной платформе, одетая в рабочую форму сотрудника одной из корпораций, Кира умоляла Логана остановиться. Дрожа, как при их первой встрече, она рассказывала ему о путешествиях, о новых местах, о жизни, что могла быть, что ещё не поздно. Слова срывались с её губ вместе со слезами, но он не слушал. Понурый, затравленный взгляд смотрел вниз. Логан ждал, когда будет его очередь на посадку.

***

Прислонившись к пластику стены, Кира сидела на полу, не сводя глаз с закрывшейся за Логаном дверью. Казалось, что в каюте стало холодно, словно выключили жизнеобеспечение. Он ушёл к ним, он не вернётся. В конце он предал её. Нет, это был не Логан, -- болезнь забрала его ещё до их встречи. Кира это поняла давно, и всё же она продолжала следовать за ним, быть частью его планов, его жизни.

Она исправляла ошибки, помогала замести следы, когда их раскрывали. Оказавшись в штате научных сотрудников, она расчистила Логану путь, убрав остальных претендентов на место "посредника". Чтобы приблизить запуск "Эры Футура", Кира подделывала отчёты своих коллег, чтобы те не вызвали тревоги у руководства. Исправлять приходилось много, и она делала это машинально, не вчитываясь. Порой она спрашивала себя: "Почему? Что не так с "Эра Футура?". Теперь вопросы исчезали сами собой, -- Кире было уже всё равно.

Полоска света снова появилась у её ног и побежала по полу. Кира закрыла глаза. Ненависть к этому месту, к золотому кораблю, к себе, давно стали частью Киры, единственными эмоциями что она ещё была способна ощущать. Ненависть разъедала её, словно кислота, что Логан использовал в своей работе, для пыток. Кира не заметила, как пытаясь спасти Логана, она стала как он. И предмет, спрятанный в сейфе напротив, был тому доказательством. При взгляде на него, Кира не испытала ни страха ни энтузиазма ни жалости. Осталась ненависть, -- как мотив, как направление, как спасение. Кира уже знала, что будет делать, и кажется она знала это с момента, как ступила на станцию.

Пора остановить полоску света.

Цилиндр камеры открылся. В светлом, стерильном зале запахло медикаментами. Логан лежал на мягком материале. Глаза закрыты, пальцы сжаты в кулак -- он плакал. Боль не ушла. Она была с ним в течение всех операций, была с ним, когда лазерами и инъекциями от него отрезали всё человеческое. И когда он лежал без сознания, и по заверениям докторов, ничего не должен был чувствовать, агония его не покидала.

Логан, -- то что от него осталось, -- не двигался, почти не дышал. Перед его мысленным взором, более не подавляемые, вставало прошлое: руины города, тела на улицах и... что-то ещё. Что-то, спрятанное так глубоко, что Логан даже не осознавал это. Была лишь боль, словно далекий отзвук страшного горя. Будто ржавчина, она проедала мысленные барьеры. И теперь Логан знал, -- от неё нет спасения.

За ним пришли. Мягкие, очень гибкие руки подняли невесомое тело и повели куда-то. Перед безжизненными взглядом Логана мелькали светлые гладкие стены, тусклые лампы и лица... уродливаые лица чудовищь, в глазах которых он теперь не видел ничего, может потому, что ничего и не искал.