Первая процедура проводится всеми без исключения до завтрака – питье речной воды. Опять же каждый предпочитает делать это разными способами. Кто-то пьет у себя в номере из кувшина, а кто-то ходит в питьевой павильон. Это такая беседка, что стоит на берегу речки. Там устроены комфортные скамейки и столик, к воде ведут ступени и мостки. Воду набирают специальным ковшом на очень длинной ручке и пьют тут же, не спеша, беседуя о погоде, своих болячках и обсуждают соседей.

После завтрака все пациенты распределяются по разным корпусам: кто на грязи, кто на горячие ванны из речной воды, кто на массажи или ингаляции, а потом меняются местами. И только в последнюю очередь отправляются на лошадях по извилистой тропе на вершину горы, к озеру. Но эти процедуры каждый проводит в удобное для себя время.

Большинство из постояльцев не так уж и больны. Приехать на воды – это шанс сменить обстановку и навести контакты с иностранцами. Ну и, конечно, себя показать. Поэтому после обеда досуг скрашивают в кофейне или бильярдной, но чаще в музыкальной гостиной. Музыкальной, потому что только в этой комнате в «Лазурном озере» стоит большой лакированный рояль. А также некоторые светские львицы устраивают салоны в своих гостиных и ходят друг к другу в гости. По субботам часто устраиваются балы, на которых каждый старается блеснуть.

Раз или два в неделю организовываются конные походы по окрестностям поместья с пикниками и играми на открытом воздухе, или экскурсии в ближайшие деревни, что славятся своими ремеслами.

В Горянке прядут тончайшие нитки из овечьей шерсти и ткут одни из самых дорогих тканей на Архипелаге. В Порожке работают прекрасные мастера гончарного дела, которые славятся своим тонким фарфором, расписанным характерной «порожской» росписью.

Так или иначе, все времяпровождение на водах проходит лениво и степенно, никуда не торопясь. Только дети приносят в этот мир сонной чопорности яркие краски и веселье. Еще недавно и я с веселым визгом прыгала с импровизированной вышки, которую местные дети называют нырялкой, в озеро и поднимала мириады брызг.

Теперь же я осторожно подхожу на край длинной широкой доски, встаю в стойку и, раскачавшись, ныряю. Вытянув вперед руки, глубоко ухожу под воду и плыву, разглядывая подводный мир, пока в лёгких не начинает покалывать от нехватки воздуха. Тогда несколькими сильными гребками поднимаюсь на поверхность и ложусь на спину, чтобы глубоко и медленно вдыхая, плыть к берегу и смотреть в небо.

Выбравшись из воды, направилась к кабине для переодевания.

– Маоли! Вас ли я вижу! – услышала старческий голос из тенистой беседки.

О, нет, это старая графиня Фиалучи меня заметила. Сия почтенная дама старожил этих мест еще большая, чем я. Она ездит на воды с тех самых пор, как барон Раоний, батюшка нашего доктора Олиуса, лет сорок тому назад передал управление баронством своему старшему сыну и устроил в фамильном поместье водолечебницу. Графиня уже тогда была преклонного возраста и слабого здоровья, поэтому стала каждый год оставаться здесь на все лето.

Здоровье ее с тех пор укрепилось, зрение и слух стали острыми и чуткими, а характер испортился в равной пропорции. Поговаривают, что все ее многочисленное семейство с нетерпением ждет, когда старушка преставится, но целебная сила озера мешает этому свершиться. Графиня продолжает жить, устанавливать свои порядки и воспитывать своих невесток и невесток уже своих внуков и правнуков.

Натянув улыбку, поворачиваюсь и приседаю в книксене.

– Доброго дня, ваше сиятельство. Ваши глаза по-прежнему вам верны, это я.

– Вы в этом году приехали позже. Что же вас задержало?

– Разве вы не знаете? В проливе была война и переправляться морем было невозможно. Мы приехали, как только открыли порты.

– Ах, да, – графиня недовольно скривилась, словно съела что-то кислое. – Постоянно все забываю. Жаль, что целебная сила озера не делает мою память крепче, а ум острее. Я не вижу вашей матери, она снова что-то организовывает?

– Да, она поехала в город на пару дней, сделать некоторые покупки.

Я опустилась на скамью напротив старушки. На столике перед ней стоял стакан лимонада, и рядом лежала книжка «Поучения Святой Благоверной Сверонии Пагрийской» с закладкой примерно на середине. Нуднейшее чтиво. Сделав глоток лимонада, графиня что-то вспомнила и наклонилась вперед. Заговорщицким шепотом спросила:

– А вы видели вашего соседа? Очень подозрительный тип. Ни с кем не общается, на обеды не ходит, даже лица своего не показывает. Говорят, его у него нет – голые кости наружу торчат.

– Нет, я даже не знала, что у нас сосед есть, – удивилась я. – Обычно, если за стеной кто-то живет, то их слышно. А я ничего не слышала, да и мама об этом не упоминала.

– Я вам говорю, чтобы вы, юная леди, были осторожны, пока вашей матери здесь нет, нигде одна не ходили. Мало ли кто он такой.

– Ну, что вы, ваше сиятельство, я уверена, что доктор Раоний не позволил бы здесь жить опасному человеку.

– Тем не менее, я на вашем месте поостереглась бы, – голос старушки стал немного раздраженным. – А то поговаривают, что в ближних деревнях стали пропадать юные девы. Может это он их…