Он покачал головой и улыбнулся.

— Боже, ты так сексуальна, — склонившись, Себастьян поцеловал меня. — И необычайно талантлива, если не возражаешь.

Я усмехнулась.

— Нисколечко.

— Сейчас я тебя освобожу, — сказал он, ухватившись за удерживающие меня кандалы. — Я хочу, чтобы ты встала на четвереньки для того, что последует дальше.

— Дальше? — изумилась я.

Он посмотрел на меня так, будто я забыла что-то очевидное.

— Я все еще хочу тебя трахнуть, София.

— Разве ты не хочешь передохнуть или что-то типа того?

— Похоже, что мне нужен отдых? — он кивнул на свой член, который был по-прежнему тверд как камень и блестел от моей слюны.

— Этого достаточно, чтобы обидеть девушку.

Он рассмеялся.

— Нет. Это комплимент. Ты сводишь меня с ума. Мне кажется, у меня не переставая стоит с тех пор, как я встретил тебя.

Его слова снова разожгли мое возбуждение.

— Было бы обидно не воспользоваться этим.

— Ты читаешь мои мысли.

Не скрывая своего нетерпения, он быстро поставил меня на колени и резко вошел. Я застонала и подалась навстречу его движениям, упиваясь ощущением того, что он наконец-то во мне.

— Черт, мне нравится, что ты готова для меня, — произнес он.

Я не могла сформулировать ответ. Его тело вибрировало, а его размеренные и целенаправленные толчки прокатывались по моему телу бурными волнами. Обхватив руками бедра, он дернул меня на себя, вонзившись настолько глубоко, насколько мог. Вскоре комнату наполнили наши всхлипы и стоны.

Я полагала, что мое удовольствие будет расти постепенно, но внезапно почувствовала, что меня снова возносит на вершину блаженства. Я была не в силах устоять против этого бесподобного ритма.

— Ты носила анальную пробку, как я просил? — произнес Себастьян; его пальцы крепко сжали мою попку.

— Да, — прошептала я, хотя не уловила суть вопроса. Единственное, на чем я могла сосредоточиться, так это на усилившемся внутри меня чувстве необычайной наполненности. Еще несколько мгновений, и я миную точку невозврата.

Он просунул одну руку под меня и погладил мои влажные складочки большим пальцем, покрывая его моими соками.

— Тогда тебе может потребоваться большее.

Это привлекло мое внимание. Но прежде чем я успела задать вопрос, почувствовала жесткое давление на своем анусе, когда он проталкивался в него, а затем все навыки устной речи моментально испарились.

Я понятия не имела, что палец мог доставить такие приятные ощущения, которые затмили все остальное, что он проделывал со мной сотни раз. Внутри меня что-то сломалось, и мои пальцы впились в белые простыни. Я никогда так раньше не кончала. Даже с ним. Такое чувство, что каждую отдельно взятую клеточку в моем теле внезапно разорвало на части.

Это был такой оргазм, который должен был оставить от меня одни бесформенные останки, но Себастьян даже не сбавил темп, продолжая вколачиваться, пока мое тело содрогалось и извивалось под ним.

— Больше, София. Мне нужно больше. Если бы я мог, то заставил бы тебя кончать всю ночь напролет.

И каким-то образом мое тело ответило. С ним я чувствовала себя так, словно и в самом деле могу продолжать всю ночь напролет. Необузданная физическая связь между нами заглушала все остальное.

Ухватившись за бедра, он перевернул меня на спину и забросил мои ноги себе на плечи, от чего моя киска еще сильнее сомкнулась вокруг его члена. Увеличив напор, он вновь начал меня трахать. Новый угол проникновения задевал какую-то давно позабытую точку глубоко внутри меня. Я чувствовала каждый его дюйм, горячий и твердый, пока он подгонял мое тело к очередной кульминации.

Этот оргазм был другим, менее интенсивным, но более продолжительным, и я пронзительно закричала, когда он, не проронив ни единого слова, довел меня до пика наслаждения.

— Еще один раз, — сказал он, опуская мои ноги на кровать. Огонь, пылающий в его глазах, придавал ему вид одержимого.

Я поморщилась.

— Себастьян, я не могу. Не могу.

— Еще один раз, — повторил он.

Поскольку мои ноги были свободны, он опять изменил положение тела, наклонившись и подложив одну руку под мою шею, заключая нас в любовные объятия. Он мягко прикоснулся к моим губам, после чего спустился к шее, а затем не спеша переместился на мои соски. Его толчки стали мягкими, практически ласковыми, постепенно он возвращал мое обессиленное тело к жизни.