Дракон всё-таки поднялся и попытался прыгнуть — самоубийство в замкнутом пространстве. Хотя, с его тушей вряд ли, а вот человеку пришлось туго уже оттого, что эта орясина решила показать характер и расправить крылья.

— Только рыпнись, — тихо, но внятно предупредила меловыми губами Фелиша. Голос её был сухим и безжизненным, из стеклянных глаз ушло сознание. Руки взялись за оплетенную паутиной рукоятку. — К тому же, пока девчонка в таком состоянии, кровь почти не идёт. Считайте, я оказываю ей благодеяние.

— Что ты хочешь? — прошипел Феникс.

— Того же, что и раньше, — пожал плечами Повелитель Душ и связанная его сознанием Фелиша тоже пожала плечами. — Распылить тебя на ветру, как и всю вашу шайку. Но для этого мне нужна сила. Ваша.

— У нас её не осталось — возьми кинжал и прирежь. Ты мастер бить в спину.

Девичьи руки чуть нажали на рукоять, вгоняя лезвие ещё глубже в податливое человеческое тело. Дракон тихо захрипел — чувствует, гад, её боль, как и написано в книге.

— Не зли меня. Своим братом ты бы ещё пожертвовал, как я недавно понял, но девчонка заставит тебя склониться, — повреждённые губы скривились, — я думал, только люди способны всё больше поражать своей глупостью, вроде уже изучил до мелочей, ан нет — обязательно выкинут что-то идиотское. И вдруг сюрприз — вы точно такие же. Ни века жизни, ни бессмертие, ни какая другая ерунда не способны вдолбить в вас хоть толику здравого смысла. И всё же спасибо за это — смертная девка пришлась очень кстати к моим амбициям.

— Так что же конкретно тебе надо?

Я выразился более чем понятно — ваша сила. Что бы я ни делал, как ни пытался вас перетопить, словно паршивых котят, вы всё равно всплываете. Даже наяды и те умудрились передать перед смертью свою силу. Мне нужно немножко больше, чем у меня уже есть, и, возможно, тогда вы наконец соизволите сдохнуть окончательно.

— У нас нет сил, — упрямо повторил Гельхен, отступая к дракону.

Некромант покачал головой, чуть сдвинул брови и пальцы Фелиши ещё крепче впились в кинжал.

— Не считай меня дураком, я видел на что вы с этой махиной способны в дуэте.

Мужчина вернулся на место.

— Продолжим. Я знаю про ваши хвалёные слёзы дракона.

— Я уже отдал свою.

— И я даже умудрился её использовать, если ты не заметил. Кстати, не слышу благодарностей за то, что залечил ей рану, — он кивнул на бездушную девчонку, уставившуюся в одну точку в пространстве.

Наёмник скрипнул зубами.

— Я, кажется, просил не считать меня дураком. Все ваши артефакты слишком своенравны и не такие уж палочки-выручалочки, какими бы я хотел их видеть. Янтарная капля спасала от огня, стрела, кажется, разъединяла земную твердь, и прочие по мелочи. Только и того, что мертвецов сподобились поднять. Но я не зря пришёл в Сердце Гор, ты ведь понимаешь?..

Золотые глаза расширились. О да, он прекрасно понял ЗА ЧЕМ явился некромант.

— Тебе нужна звезда.

Повелитель Душ кивнул.

— Ты её не вскроешь. Она подчиняется только богам.

— Или тем, кто должен ими стать, ведь так? — вкрадчиво напомнила Фелиша, поворачивая к Гельхену пустое лицо. — Я ведь догадывался, что эти ребята появились здесь не случайно — её брат и этот недобитый принц. В прошлый раз всё было точно так же — судьба свела несколько необычных существ, а уж они потом наломали дров.

Гельхен сжал кулаки.

— В прошлый раз их было пятеро. Для завершения пентаграммы в этот раз не хватает ещё двоих. Они всего лишь люди с необычными способностями.

— Трое присутствующих — больше, чем двое отсутствующих, которых всегда можно заменить или добавить из старого состава.

— Именно поэтому Оникс приволок Ферекруса? Обычный камень не сможет сопротивляться. Даже удрать не сможет.

— Или не захочет. Ему, обычному камню, больше, чем кому-то другому не хватает былых сил.

Гельхен молчал. Спрашивать, кто будет пятым, он не хотел, некромант очень ясно дал понять, что ОЧЕНЬ желает получить заключённую в звезде силу.

— Ты всё равно не сможешь её вскрыть.

— Конечно. И никто не сможет, кроме Ключника — я слышал эту легенду.

— Ты хочешь, чтобы я сказал, кто это?

— Ты сам должен этого хотеть, Феникс. Энергия звезды спасёт жизнь девчонке, смотри, она уже едва дышит.

Гельхен закрыл глаза, будто это могло спасти его уши от тяжёлого хрипа, который срывался с губ Фелиши. Сама она всё ещё сидела на коленях с неестественно прямой спиной, держась за кинжал и это противоречие сводило с ума. Дракон беззвучно ощерился.

— С-скажи ему.

— Можешь мне сам сказать, — некромант перевёл взгляд на оскаленную морду. — Я прекрасно тебя понимаю. Благодаря моей дорогой жене… Хотя, можешь не распыляться на слова, я уже покопался в твоих мыслях. Значит, Ключник, да? Что ж, в таком случае, твой… кем вы там друг другу с Фениксом приходитесь?.. в общем, он мне больше не нужен.

Гельхен выбросил вперёд руку, окутавшуюся синим пламенем.

— Зря…

Он знал — почувствовал, что действительно зря. Когда с Пламенем разговаривала Фелиша, или Иволга, или Юлифь, или десяток других фениксов, это всегда было настолько естественно, что почувствовать соприкосновение с драконьим сознанием было практически невозможно, словно пером пощекотали. Повелитель Душ пробился с элегантностью отбойного молотка. И всё же сознание дракона он не контролировал — тот сам сделал свой выбор: спасти старую дружбу или жизнь своей всадницы. Пламень грузно сдвинулся с места, взмахнул лапой и отшвырнул Гельхена к стене раньше, чем сгусток огня сорвался в ухмыляющуюся рожу некроманта. Хорошо хоть когтями не рванул.