Миллс с трудом сдерживалась.

– Я пришла пригласить тебя на обед, если ты не хочешь, мне всё равно. А если тебе нужно, иди и сама проси, а я тебе ещё раз повторяю, что я не девушка с улицы.

– Именно, девушка, и именно с улицы, - Свон сделала шаг назад и захлопнула дверь перед носом Реджины, чуть ли не снося её с петель.

– Ах ты, дрянная девчонка!
– Миллс ворвалась в комнату, - ты не имеешь права так со мной разговаривать!

– Отец!
– крикнула Свон и прикрыла руками оголённые прелести, - выйди вон отсюда! Отец!

– Я не позволю тебе так вести себя со мной! Я жена твоего отца, и я не виновата в нескладывающихся ваших отношениях, - повысила до яростного голос Реджина.

– Что здесь происходит?
– Фрэд сразу, как услышал голос дочери, тут же поднялся и увидел обнажённую дочь и гневную жену.

– Она ворвалась ко мне в комнату и орет как собака резанная. Уведи её отсюда на хрен.

– Ты, вообще, выбирай выражения, а то, не ровен час, ответишь за свои слова, - крикнула Миллс, - она невыносима!

– Реджина, дорогая, - Фрэд приобнял жену и отвернулся вместе с ней от прикрывающейся полотенцем дочери, - успокойся, пожалуйста. Выйди, это её комната. Не нужно ругаться.

– Она чуть не зашибла меня своей дверью, - Реджина вырвалась из рук мужа, - вразуми её, - женщина вышла из комнаты.

Фрэд выдохнул и закрыл за женой дверь, чтобы спокойно поговорить с дочерью.

– Эмма, накинь что-нибудь, давай поговорим.

– Отец, она ворвалась ко мне в комнату, когда я была голая, и ты хочешь ещё поговорить со мной?
– возмущалась Эмма, но всё же скрылась в дверях ванны, чтобы взять оттуда чистый белый махровый халат. Накинув его, она вернулась к отцу, - объясни своей подстилке, чтобы в мою комнату и не смела заходить, а не то и меня в этой комнате не будет.

– Эмма! Реджина не подстилка, а моя жена. Она приличная женщина и не заслуживает такого отношения, - повысил голос на дочь Фрэд.

– Ты на меня ещё кричать будешь?
– рыкнула дочь, смотря зло на отца.

– Эмма, давай спокойно поговорим, - мужчина выдохнул для спокойствия, - я не буду кричать на тебя.

– Давай поговорим, - Эмма присела на кровать, - только о чём?

– О том, что я виноват перед тобой, я не сказал тебе про Реджину, но я очень хочу наладить отношения с тобой. Эми, ты же помнишь, как в твоём детстве мы были дружны?!
– Фрэд смотрел на свою дочь.

– Тогда мы были дружны втроём, с мамой. А сейчас, через два года после её смерти, ты её забыл!
– грубо кинула блондинка и отвернулась от отца, смотря на окно.

– Я не забыл её, - мужчина подсел к дочери и обнял, - я очень любил твою маму и люблю тебя. Но, Эми, мама умерла, и ни я, ни тем более Реджина в этом не виноваты. Она дала мне смысл жить дальше.

– Тебе, но никак не мне. Я не собираюсь принимать её и тем более считать твоей женой или же её заменой, - Эмма говорила, но не смотрела на отца. В её голосе была боль, ведь она очень любила свою маму и до сих пор не отпустила боль, которую ей причинила её потеря.

– Обижайся на меня, но не на Реджину. Подружись с ней, она интересный человек, - мужчина хотел, чтобы жизнь в его семье наладилась.

– Отец, я не буду с ней дружить. Я и общаться с ней не собираюсь, не то что дружбу заводить, - Эмма встала с кровати и отошла к окну, - я не маленький ребёнок, папа. Мне 24 года. Если ты хочешь с ней быть - будь, -через себя прошипела Эмма, действительно вспоминая и понимая, что она уже не девочка-подросток устраивать истерики, тем более она только вернулась из Европы, - но меня она пусть не трогает.

– Спасибо, - искренне сказал отец, - а она не будет тебе угрожать и извинится перед тобой за свои слова. А сейчас пойдём, пообедаем, Саманта, как всегда, много вкусного для тебя наготовила.

– Я встречаюсь с Клэр, - Эмма повернулась и посмотрела на отца, - но с тобой я пообедаю. Спущусь через десять минут.

– Хорошо, дорогая, - Фрэд улыбнулся и вышел из комнаты дочери, направляясь в свою, в которой наверняка была Реджина.

Женщина действительно была там, она была крайне зла из-за случившегося. Она не понимала, почему её так взбесила блондинка.

– Дорогая, ты здесь?
– спросил Фрэд, заходя в спальню, которая находилась через две двери от комнаты Эммы.

– Да, - Реджина сидела в кресле с бокалом абсента.

– Пойдём обедать?
– Фрэд вздохнул и подошел к жене, протягивая той руку, - ты же знаешь, я не люблю, когда ты пьёшь в обед. Отдай бокал и пойдём.

– Твоя дочь оскорбила меня, - Реджина подняла взгляд на мужа, - она назвала меня собакой и подстилкой.

– Не обращай на это внимания, - Фрэд забрал бокал из руки Реджины, -зачем ты ворвалась в её комнату? Этого не нужно было делать. Она... пойми... Она переживает из-за матери.