— Позвольте, о нелинейной природе времени говорится уже не меньше века.

— В теории. А обыденное сознание подвержено искаженному стереотипу. Следствия жестко привязаны к причинам. События располагаются вдоль временной шкалы. Собственную жизнь здешний человек мыслит так: родился, вырос, жил, умер. Даже экзотическое учение о карме подчинено линейному принципу: заканчивается одно воплощение — начинается другое, более продвинутое по духовной линии. Отстрадал — умер — ушел на повышение.

— А у вас, значит, не так.

— У меня, к сожалению, так же. Поэтому я и здесь. Тем не менее, время — шар. Человек (или Атман, если угодно) находится вне времени. В различных эпохах присутствуют его проекции, отражения — то, что индусы назвали инкарнациями. На схеме это точки, в которых щупальца соприкасаются с глобусом… Здоровый человек ощущает и себя, и все свои проекции одновременно. Больной фиксирован на отражениях, а самого себя не осознает. По аналогии — у вас есть термин «шизофрения». Дробление сознания… Иногда бывает частичная ремиссия и человек вспоминает так называемые прошлые воплощения. А на самом деле просто вступает в кратковременный контакт с другими своими проекциями.

Проводница тяжело вздохнула:

— Вот так. Псевдожизнь куцых отражений, а субъект — в беспамятстве.

Я уже не знал, что делаю — то ли подыгрываю больному человеку, то ли с увлечением смотрю диковинное фантастическое кино…

— Постойте. Вы что-то сказали о начале эпидемии. Но по-вашему выходит — эпохи существуют… одновременно, извиняюсь. Какое же «начало»?

— Переезжая границу другой страны, человек говорит: «Вот начинается Латвия», к примеру. Он же не подразумевает, что секунду назад Латвии не существовало.

— Понял, извините.

— Зона, пораженная болезнью — сектор глобуса. Эпицентр показан черным цветом. Чем дальше от эпицентра, тем светлее окраска… Мы (наша культура) — далековато. Вот здесь, на самой границе с сиреневой зоной. Однако — не повезло.

— Сочувствую, — я помотал головой. — Послушайте, а куда все-таки исчезают ваши сотрудники? То есть, почему их отражения пропадают отсюда?

— Ребятам нужно втянуть щупальца, чтобы окончательно прийти в норму. А потом они выберут себе эпохи по душе… Видите, я тоже оперирую искаженными представлениями о порядке вещей: сейчас, потом… Иначе не выходит, увы.

— Кстати, насчет эпох. Если время — шар, значит… двигаясь в будущее, рано или поздно окажешься в прошлом?

— Теоретически. Если вы облетите Вселенную по кругу, то вернетесь на Землю. Также и здесь. А практически временной шар, как и вселенский, бесконечно велик. Атман охватывает лишь незначительную часть. Чем сильнее человек, тем шире область его отражений. Самые мощные индивиды — Стрелочники. Их проекции раскиданы на сотни тысяч лет. Стрелочники даже в своих воплощениях выглядят как спруты.

— А Диспетчер говорил, что этот… гмм… спрут — детище генных инженеров.

— Пошутил, — отмахнулась Проводница. — В вашей эпохе без чувства юмора не проживешь.

…Не знаю, поверил я во весь этот бред, или не поверил. И какой импульс подтолкнул меня к следующему поступку. То ли желание пройти свою колею до конца и выяснить: что же там, на полустанке… То ли потребность окончательно вывести эту чертову шаражку на чистую воду.

— Я хочу взять билет.

— Прямо сейчас? — растерялась женщина — наверно, не ожидала такого резкого перехода от слов к делу. — Вы столько новой информации только что получили. Может, стоит обдумать?

Может, и стоит. Может, имеет смысл вообще забить на эту «поездку». В конце концов, не сошелся свет клином на здешнем Стрелочнике. Будда прозрел сам. Его последователи тоже прозревают. А так же йоги, даосы и еще целая куча тому подобной публики. Если в сентенциях Проводницы есть хоть доля истины — ничто не безнадежно под этим небом…

…Уйду. И свернет моя колея в привычный поток рутины, к набору стандартных функций: Специалист, Налогоплательщик, Алиментщик. Жалкие одноразовые проекции огромного меня… Какие уж там йоги. Какие, на хрен, даосы…

— Хочу прямо сейчас.

Твердой рукой достал из кармана сторублевку, хлопнул на стол и добавил:

— Клиент всегда прав.

Стрелочник был занят изнурительным делом: пытался водрузить стакан (на сей раз — из-под кефира) на тумбочку возле дивана. Водрузил неудачно.

Проводница отреагировала быстрее меня. Далеко не юная женщина с ловкостью пантеры метнулась вперед и успела поймать стакан на лету. Потом взяла с тумбочки салфетку и заботливо обтерла мутанту нос и майку от кефирных клякс. «Хоть бы слюнявчик повязали», — брезгливо подумал я. Тоскливое зрелище: повелитель умов не в состоянии обслужить себя даже в элементарном. Хотя… много ли я знаю о повседневной жизни сильных мира сего? Только парадную сторону: теннис, восточные единоборства…