«Да, что же это со мной?!» — внутреннее напряжение не покидало даже тогда, когда я вошла в свою комнату и закрыла дверь.

Внезапно большая рука накрыла мой рот, и спиной я ощутила твердую теплую грудь. Я ни на мгновение не сомневалась, кто это был — посреди ночи грубо проникнуть в чужое жилище мог только хищник.

— Поздно ты, — прошептал он и потащил меня во мрак.

Он прижал меня спиной к стене и окинул таким кровожадным взглядом, что я едва не лишилась чувств. Это был тот самый хищник, которого я видела утром на паркинге. Я задохнулась от волны, как я тогда думала, дикого животного страха. Еще мгновение и он порвет меня. На маленькие окровавленные кусочки. Его улыбка напоминала оскал зверя. Его голос, казалось, исходил из самой глубины мощного необузданного тела.

— Закричишь, и я убью тебя. Поняла?

Я медленно моргнула. Его теплая ладонь сползла с моих губ на шею, а потом хищник отнял ее.

Странно, но я не дрожала. Все тело будто бы горело в адском огне.

— Если кто-то войдет в эту комнату, я перережу ему глотку, — хищник сунул мне в руки черный пакет и добавил. — Переодевайся.

Вот тогда паника и накрыла меня. Что было в пакете? Неужели он затеял какие-то эротические игры с моим участием? Почему он сразу не убил меня?

Трясущимися руками я развернула сверток и вынула рваные мини-шорты и черный топ.

— Зачем? — едва слышно прохрипела я.

Он сел на мою кровать и сурово посмотрел на меня. Я никогда бы не смогла представить здоровенного татуированного дикого хищника в кожаной куртке на моем розово-желтом постельном белье с изображением ликов ангелов, если бы не видела это своими глазами.

— Ты пойдешь со мной.

Мне послышалось! Пожалуйста, скажи, что ты шутишь! Я вынесу все, то ты сделаешь (какой же я была наивной…), только прошу тебя, не уводи меня в твой ужасный мир!

— Элена, — тихо, но очень серьезно прошептал он. — Долго я ждать не буду.

Откуда он знает мое имя? Он, что, думает, я стану переодеваться прямо перед ним? А если не стану…

Мои непослушные пальцы начали расстёгивать маленькие пуговки на блузе. Хищник, хвала богам, опустил голову, и черные, как ночь, волосы закрыли его лицо.

Бежать! Прыгнуть в приоткрытое окно и убежать! Я, может быть, переломаю ноги, но останусь жива. Наверное. Я дернулась в направлении окна, и он тут же оказался рядом со мной. Не он сам, а его взгляд рассказал мне о том, что если я сделаю еще шаг в том же направлении, сильно пожалею.

— Ты хочешь, чтобы я сам переодел тебя? — его глаза были близко-близко от моих.

Он наклонился еще.

— Я не ограничусь одним переодеванием, Элена.

Сказать, что мне не хотелось, чтобы он начал раздевать меня, значило бы откровенно солгать.

— Я сама. Пожалуйста.

Хищник резко отвернулся и снова сел. Что это было? Милосердие? Наверное, он просто отложил мои терзания до более удобного момента.

Больше я не мешкала, тем более, что теперь зверь откинулся на кровати и уставился в потолок. Неужели, он давал мне возможность спокойно переодеться? Я повернулась к нему спиной для того, чтобы через голову стянуть не до конца расстегнутую блузку. И сразу же надеть топ. Он был похож на мое спортивное бельё! Никогда прежде ни один парень не видел меня в такой откровенной одежде.

Теперь нужно было снять юбку. Спиной я ощущала его взгляд, но проверять, действительно ли незваный ночной гость наблюдает за мной, я не стала. Быстро расставшись с юбкой, я натянула узкие шорты, которые были мне немного велики. Своими силами они бы на мне не удержались.

Придерживая шорты одной рукой, другой я потянулась к стулу и взяла свой белый ремень.

Его рука сжала мое запястье, и ремень выпал. Я подняла испуганные глаза и увидела, как хищник расстёгивает свои рваные джинсы. О нет.

Он вынул свой шипованный ремень и начал вставлять в мои шорты. Я смущенно потупилась, руки безвольно повисли. Он был так близко, что я слышала и чувствовала на своей коже его теплое дыхание.

— Так лучше.

Я подняла глаза и увидела, что хищник пристально рассматривает мое оголенное тело.

— Что, никаких татух? Это плохо.

Мы встретились глазами, и я первая отвела взгляд. Его рука скользнула по коже чуть ниже моего пупка.

— И пирсинга?

Я начала злиться. Мы не прокалываем тела в угоду собственному тщеславию! Ему это должно быть известно, ведь мне известно почти все о таких, как он.

— Такая нежная, — он выпрямился во весь рост, возвысившись надо мной больше чем на голову.

Я почувствовала себя маленьким беззащитным олененком рядом с хищным тигром. Его руки потянулись к моей голове, и я зажмурилась. Сейчас они сломают мне шею! Он рванул ленту с моих волос, и те рассыпались по плечам и спине, щекоча ее там, где кончался топ. Вот так чувство!

Я посмотрела в его глаза, но единственным, что смогла прочесть в них, было негодование. Он на меня злился. Я нахмурилась, не понимая, что же я сделала не так, а хищник, наконец, закончил разглядывать меня, схватил мою руку и потянул в сторону окна.