Убил! Его разыскивал я долго

Там, где оставил, и окрест, но даже

Следа нигде, не видел. Расспрошу-ка

Тех пастухов я, что сюда идут.

Не видели ль Аминту вы, друзья,

Известий не имеете ль о нем?

Хор.

Мне кажешься взволнованным ты; что же

С тобою приключилось? Отчего,

Скажи нам, пот и бледность на лице

Твоем растерянном?

Тирсид.

Боюсь, случилось

Несчастие с Аминтой. Вы его

Не видели?

Хор.

Не видели с тех пор,

Как он с тобой ушел. Чего ж, однако,

Ты опасаешься?

Тирсид.

Того, что он

Убил себя.

Хор.

Убил себя? Но что же

Причиною тому могло бы быть?

Тирсид.

Любовь и ненависть.

Хор.

Чего не в силах

Соделать два врага могучих, если

Между собою заключить союз

Случится им! Но говори яснее.

Тирсид.

Любил чрезмерно Сильвию он, нимфу,

И был чрезмерно ею ненавидим.

Хор.

Поведай, что ж произошло меж ними?

Здесь, по дороге, многие проходят,

И кто-нибудь, быть может, об Аминте

Известие доставит, а, быть может,

И сам он подойдет меж тем.

Тирсид.

Охотно

Поведаю о всем я, так как было б

Несправедливо, чтобы неизвестной

Неблагодарность черная такая

Осталась. От меня Аминта знал,

Что вместе с Дафной Сильвия пойдет

К источнику купаться. Побуждаем

Моей, увы, лукавой речью, он

Отправился туда, колеблясь. Вдруг,

Когда источник был от нас уж близок,

Услышали мы крики, плач и Дафну

Увидели, зовущую на помощь.

Она, лишь нас заметила - "Бегите, -

Нам крикнула, - на Сильвию напали!

Вперед влюбленный бросился Аминта

Пантерой, я за ним, и меж кустов

Увидели мы девушку нагую,

Привязанную к дереву. Косматый

Стоял сатир пред нею и узлы

Последние затягивал. Она

Пыталась защищаться, но, конечно,

Напрасно. Дротик выхватив, Аминта

К сатиру устремился, я ж набрал

Больших камней - и, жертву бросив, быстро

Враг убежал. Когда сатир исчез

В лесу, взор жадный обратил Аминта

На члены те прекрасные, что цветом

И нежностью подобны были сливкам,

Дрожащим в кувшине, - и я заметил,

Что щеки вспыхнули его. Но, скромно

Приблизившись, он молвил ей: "Прости

Ты, Сильвия, рукам моим: коснуться

Твоих лилейных членов принуждает

Необходимость их; тебя хочу я

От уз освободить, и да не будет

Тебе в обиду милость, что судьба

Дарует этим мне".

Хор.

Слова такие

Смягчить могли б и каменное сердце.

Но что ж сказала нимфа?

Тирсид.

Ничего.

Лишь взор, презренья полный и стыда,

Потупила и, как могла, старалась

Грудь "нежную прикрыть. Узлы волос,

Что голову к стволу ей прикрепляли,

Распутывать он начал, говоря:

"Ах, недостоин столь прелестных уз

Столь грубый ствол! Своим прикосновеньем