– Этот номер может означать что угодно, - сказал доктор. – Одно ясно - мы в этом туннеле не одни. И добра нам тут явно не желают. Так что медлить нельзя.

– Но может… может, она еще жива, - робко сказала Алиса. – Вдруг ее еще можно спасти?

Мужчины переглянулись с неловкостью, Тарас опустил глаза.

– Не, вы как хотите, но я туда не вернусь, - сказал мажор. – Я лучше пешком пойду.

– Послушайте, Алиса, - мягко возразил доктор. – Даже если мы вернемся, вряд ли сможем что-нибудь сделать. У нас один пистолет…

– В котором остался один патрон, - вставил Ефрем, проверяя магазин.

– Тем более. Будет лучше, если мы поедем дальше.

Алиса, закрыв лицо ладонями, засеменила к дальним рядам, хрупкое тело содрогалось от рыданий. Тарас дернулся следом, но Ефрем опустил огромную лапищу на плечо.

– Оставь ее, парень. Пусть побудет одна. Тяжело это все, мне самому не по себе. Многое в жизни повидал, но чтоб такое…

Ефрем печальными глазами еще раз взглянул на окровавленные сидения. Доктор бережно поднял с пола треснутые очки учительницы, сунул в карман пиджака.

– Пора ехать. – Ефрем, спрятав пистолет, направился в кабину. Доктор двинулся следом, сжимая в руках белую маску с номером 16.

Тарас устало опустился в кресло, обернулся. Алиса в одиночестве сидела позади, по щекам тихо текли слезы. Мажор и Жгут сели чуть ближе, тихо переговаривались с серьезными лицами. Тарас откинулся в кресле, отяжелевшие веки опустились на глаза. Только бы пережить этот кошмар…

Автобус теперь уже с шестью пассажирами двинулся дальше.

Глава 6

– Ну вот и все, - сказал доктор. – Больше у нас ничего нет.

Автобус стоял посреди туннеля. Разделили жалкие остатки воды и пищи, на каждого вышло по ложке консервов и по глотку воды. Тарас чувствовал, что лишь только раздразнил голод и жажду.

– Что теперь? – уныло спросил мажор.

После злосчастного тумана ехали до самой ночи. Туннель казался бесконечным, но все же им немного повезло – на пути встретились небольшие ниши, выдолбленные прямо в стене туннеля и закрывающиеся тяжелыми железными воротами. Время на выяснения тратить не стали, автобус укрылся в одной из этих ниш. Ефрем крепко скрутил ворота веревкой, и измученные люди немного перекусили и улеглись спать.

Когда часы доктора показывали семь утра, двинулись дальше. Жгут гнал автобус еще четыре часа, но стены туннеля по-прежнему давили со всех сторон. Снова сделали остановку, страдающие пассажиры уничтожили скудные запасы пищи. Теперь все сидели у кабины, хмуро глядя на пустые консервные банки и пластиковые бутылки.

– Этот туннель бесконечный, - сказал Ефрем, с отвращением глядя на полукруглый свод. – Помирать нам, похоже, медленной смертью.

Алиса вздрогнула. Тарас обнял, погладил по руке. Доктор сидел сгорбившись, пальцы запустил в чуть тронутые сединой каштановые волосы, локти уперлись в колени, длинные усы повисли безжизненно.

– Будем ехать, - сказал он, не поднимая головы, - пока не закончится бензин. Как закончится, пойдем пешком.

– Да мы уже к тому времени не сможем идти, - сказал Ефрем. – У меня от голода в глазах темнеет.

– Значит поползем, - сказал доктор твердо.

– Да проще вздернуться! – нервно выпалил Жгут. – Не собираюсь я подыхать от голода, как собака.

– Только давайте без истерик, - сказал доктор, поднимаясь. – Я сяду за руль. Все будет хорошо. Постарайтесь уснуть.

Автобус поехал дальше, освещая путь одной уцелевшей фарой. Жгут вместе с мажором уныло поплелись на задние ряды. Ефрем потуже затянул ремень на поясе, мощные руки скрестились на груди, глаза крепко зажмурились. Тарас и Алиса остались полулежать в креслах, держась за руки.

– Мы умрем, - сказал она тихо.

– Ну хватит уже, - поморщился Тарас.

– Знаешь, может, Ольге Федоровне даже повезло. Смерть от голода и жажды гораздо страшнее.

– Что ты так торопишься умереть? Бензин еще есть, мы выберемся отсюда. У нас с тобой еще свидание будет, ты не забыла?

Алиса слабо улыбнулась, пальцы слегка сжали его ладонь.

– И какое оно будет? – спросила она, прикрыв глаза. – Что мы будем делать?

– Ну… - Тарас слегка смутился. – А что бы ты хотела?

– Сначала мы где-нибудь поужинаем, - сказала Алиса мечтательно. – Я знаю одно место, там так клево готовят!

Тарас сглотнул слюну – при упоминании о еде желудок завыл волком.

– А потом?

– Потом… Потом погуляем. По набережной, держась за руки. Будем мило болтать о всяких пустяках.

– Я не против, - улыбнулся Тарас.

– Ты меня проводишь до дома. И как полагается, мы поцелуемся на прощание. Долго и страстно.

– Правда? – хрипло спросил Тарас. – Это будет самая приятная часть программы.