– Как ты думаешь, может быть мне стоит снова поехать к тому старому колдуну и попросить его…

Павел не успел договорить, потому как Анна перебила его, и разрушила последнюю надежду.

– Его больше нет. Он теперь с нами, по ту сторону вашего мира.

Павел глубоко вдохнул, медленно выпустил воздух и снова прикрыл глаза.

– Он был единственным в своем роде. Сколько я не обращался к людям считающими себя магами и целителями, никто из них не захотел мне помочь. Те, кто обладали талантами, пугались при виде меня, те, кто жульничали и вовсе не имели понятия о том, что я говорю.

– Мне жаль, но это не единственная причина. Ты же знаешь, они стали сильнее, и теперь их не легко прогнать.

– Я помню, он сказал, что мне никто не сможет помочь, но Боже, Анна, я так устал. Прошло только полтора года с тех пор как… Как же я хотел ее убить. Я выжат как лимон…

– Павел, не надо,- сказала Анна и нахмурила золотистые бровки.

Он посмотрел на сестру и замолчал. Остаток ночи истерзанный мужчина провел лежа в гамаке, который установил на балконе, с тех пор как перестал мечтать об отпуске.

Ни один день он не сможет насладиться покоем, пока его плоть не остынет в земле. И ни один живой человек, ни избавит душу от истязаний. И даже призрак, не сможет заставить уйти бесов раньше, чем он уйдет от них…

Глава 15

Прошло ровно два года с тех пор, как Павел порвал с Ириной, поставил крест на выходе в свет и предал свою душу и тело истязаниям. Не редко, в его квартире собирались друзья адвокаты, и принимались распутывать убийство за легкой выпивкой, искать улики и в очередной раз наслаждаться проницательностью и профессионализмом хозяина дома. Не так-то просто было для самого Павла перекладывать свои заслуги на плечи другого. Видеть, как сияет лицо подзащитного, в моменты блестящих ходов своих товарищей. Но этого было не мало, успокаивал он себя, я делаю правое дело, и мне все равно воздастся. И ему воздавалось беспокойными снами, и вовсе не то, о чем он просил.

Матрас кровати, на которой Павел часто засыпал, и просыпался облитый потом и кровью, сейчас неистово зашуршал под его стройным телом. Павел обтянул его клеенкой, чтоб не приходилось отстирывать темные, бордовые пятна. В холодильнике молодого человека всегда можно было найти энергетические напитки. Он приучил свой организм спать не более четырех часов в день. Остальное время Павел тратил на физические упражнения, бумажную волокиту своей конторы и не редко заявлялся на работу ночью, или рано утром, чтоб поработать в тишине и в одиночестве. В минуты слабости он жалел себя и хватался за голову, уверяя, что проклят. Но Анна не оставляла его в горькие минуты и часто разуверяла, что такое случается и с другими людьми. Иногда ее доводы приносили облегчение, но чаще Павел сам пытался пересилить свое сознание и поверить, что так не будет продолжаться всю жизнь.

Но жизнь продолжалась, а вместе с нею и все те же приступы кошмаров. Бесы, не прикладывая особых усилий, превращали жизнь своего пленника в сущий ад.

Павел открыл дверь некогда уютной квартиры и окинул ее критическим взглядом. Когда то логово холостяка навещали «длинноногие красотки», теперь это случалось очень редко, а отношения носили однодневный характер. По углам зальной комнаты располагались все возможные тренажеры и техническое оснащение. Занавеси спускались тяжелыми зелеными складками, мягкая мебель нашла свой приют по центру зала, окружая прямоугольный журнальный столик с массивными фигурами слонов вместо ножек. На головах этих прекрасных животных держалась стеклянная столешница, в данный момент засыпанная бумажной документацией.

Павел снял одежду и направился в душ, чтоб смыть с себя остатки усталости после длительного, двенадцатичасового рабочего дня. Он опустила на пол, подле наполняющейся широкой джакузи и стал медленно наблюдать за струящейся водой. Сейчас в его глазах появилась толика страха, перед предстоявшим сном. Он собирался оттягивать это время, насколько позволит его физическое состояние. На исхудалом лице Павла стали отчетливее проступать скулы, глаза, казалось бы, заняли еще больше места, а губы тронула горькая складка. Между бровей залегла морщинка, и в целом, мужчина напоминал собой образ мученика, если добавить ко всему исхудалое, но мускулистое тело, сплошь покрытое шрамами.

Павел пытался взбодриться, и думать о чем-нибудь хорошем. На него нахлынули воспоминания об Ирине, высокой стройной блондинке, которую он встретил на днях и не увидел в ее глазах ничего кроме равнодушия. Из уст ее вылетело приветственное обращение, затем она улыбнулась и упорхнула словно бабочка, в ярко желтом, длинном сарафане, с распущенными светлыми волосами, и неприметной сумочкой в руке. Павел подумал в этот момент об их прощании, упрекнул себя за грубость и поспешное решение расстаться. Но в уме его вспыхнули сцены с кошмарами, и он вздохнул, уверив себя снова, что все сделал правильно. Иначе он не смог бы объяснить этой глуповатой, но весьма привлекательной особе свой недуг, а уж она бы точно пришла в панический ужас, если б хоть раз наблюдала его беспокойный сон и то, как непонятным образом загадочная сила оставляет на теле кровавые раны. Хотя, он мог заставить ее не замечать всего этого, но тогда она стала бы походить на зомби, который живет с ним по написанным правилам и не замечает ничего вокруг. Вода в джакузи уже наполнилась, Павел погрузился в нее и прикрыв глаза попытался скрыться под водой. Более минуты он провел в таком положении, и когда кислорода стало не хватать, вынырнул наружу и стал жадно поглощать воздух. Ему еще не приходили мысли о самоубийстве. И сейчас как никогда он остро почувствовал тягу к жизни, к нормальной человеческой жизни с радужными снами…

Темная мужская голова упала на тяжело вздымающуюся грудь и веки крепко слепились. И снова пришли «они». Павел почувствовал, как по телу его пробегают мурашки, а в ушах слышится отдаленный шум. Когда бесы приблизились, рты их неестественно раскрылись почти синхронно, и слух заполнило гадкое шипение. Павел задышал чаще, и тело его содрогалось от нарастающего страха. Бесы приблизились, создавая кольцо вокруг своей жертвы. Как по команде они стали медленно ходить по кругу один за другим, и со временем скорость их похождений увеличивалась. Они как будто пытались догнать друг друга, не истово бегая по кругу. Когда силуэты их стали не различимы, а шипение слилось в противный гул, каждый из бесов стал наносить его телу увечия. Мужчина почувствовал себя в центре ужасного вихря с летающими осколками лезвий. Бесы, то замедляли свой танец, то снова набирали скорость. В итоге терпеть стало не выносимо, и Павел тихонько застонал. Потеряв всякое чувство времени и реальности, он пытался ухватиться за те участки своего тела, которые уже начинали кровоточить.