Шрифт:
– Да уж, Робин Гуд. Ловкач…
– Рот закрой!!
– рявкнул Глобус и ударил Кирилла по затылку.
Размахивая руками от возбуждения, Анатоль ходил по комнате.
– А эта рыжая… какая все-таки наглая девка! Хитро они все придумали! Я ей рюкзак сбрасываю, и тут в мою голову вонзается мысль: «Все, Анатоль, не увидишь ты своей жены». Поднимаюсь по канатке дальше, смотрю: за ней какой-то парень лихо на доске скользит. Я так и решил: либо оперативник, либо кто-то из спасательного отряда. А оказалось, что это ваш, так сказать, человек…
Анатоль, почувствовав, что своим рассказом привлек всеобщее внимание, остановился посреди комнаты, широко расставив ноги, вынул из кармана курительную трубку, кисет и стал набивать ее табаком.
– Да, господа, мы провели с вами прекрасную операцию. Без участия милиции мы разоружили опаснейшую банду!.. Я эту рыжую и Вацуру еще в поселке приметил и тихонько пошел по их следам. Они на гору - и я на гору, они в лес - и я в лес. Когда увидел, что они с вашими, Ирина Юрьевна, сотрудниками сделали, тогда понял, что это будет не бой, а кровавая битва. Одного из каменного склепа откопал, другого из петли вынул… Нет, это я вовсе не для того, чтобы получить от вас какую-то материальную благодарность, просто мне хочется…
– Ваша жена, Анатоль, убила человека, - спокойным голосом перебила его Ирина.
– Как?
– не расслышал Анатоль, по-прежнему сохраняя на лице улыбку.
– Что вы сказали?
– Она застрелила Пирогова, нашего одноклассника.
– В каком смысле застрелила?
– очень тяжело постигал смысл слов Анатоль.
– В прямом. Нажала на курок пистолета и убила.
Анатоль смотрел на Ирину искоса, с веселым недоверием, и дергал головой, как делает петух, глядя на курицу.
– Что-то я ничего не понимаю. Как это - Люда взяла и убила человека?
– Да вы у нее лучше спросите, - посоветовала Ирина и повернулась к Джону: - Там у ворот снегоход стоит?
– Стоит, Ирина Юрьевна. Правда, его кто-то набок перевернул.
– Надо проверить движок и завести. А этих двух, - она кивнула на Кирилла и Веру, - связать и стащить вниз на буксире. Если упадут - потащить волоком.
– Будет сделано!
– ответил Джон и застегнул «молнию» на куртке.
Анатоль приблизился к Люде.
– Я ничего не понял, Людмила. Я требую от тебя вразумительных объяснений!
– Я застрелила Пирогова, - едва слышно ответила Люда.
– Это правда.
– Ты? Но как ты могла? Ты отдавала отчет своим поступкам? Ты знала, что это уголовно наказуемое действо?
Люда кивнула.
– Ужас!
– произнес Анатоль и начал нервно ходить по комнате.
– А что я теперь скажу нашему сыну? Как я объясню нашей крошке, что его мать - мерзавка?
Ирина, глядя на Анатоля, покачала головой и незаметно плюнула под ноги. Затем она как-то странно взглянула на Люду. Казалось, в глазах Ирины появилось сострадание.
В это время из прихожей донеслись звуки борьбы и сдавленные крики. Распахнулась дверь, и в гостиную влетело увесистое сосновое полено. Следом за ним, едва держась на ногах, ввалился Белкин. Он тотчас споткнулся и растянулся на полу. Последним, с победным выражением на лице, зашел Джон.
– Вот же суслик!
– качая головой, произнес Джон и пнул ногой лежащего на полу Белкина.
– Караулил меня за дверью, хотел поленом огреть.
Он еще раз ударил Белкина ногой в живот. Отстранив Джона, Глобус подскочил к Белкину, схватил его за грудки, прижал к стене и принялся наотмашь бить по лицу. Удар кулаком, удар рукояткой пистолета, удар кулаком, удар рукояткой. Белкин неумело защищался, пытался уворачиваться, но удары достигали цели, и во все стороны летели брызги крови.
– Достаточно, - сказала Ирина, когда лицо Белкина было залито кровью, а под глазами стремительно набухали сизые мешки гематомы.
– Пусть валяется здесь, а то его снова на подвиги потянет…
Анатоль отошел к окну и задумался о безрадостных перспективах мужа преступницы. Люда незаметно села на диван, затем легла, поджав колени к животу, как любят спать дети, и накрылась одеялом с головой.
– Помогите, пожалуйста, провести задержанных к снегоходу, - попросила Ирина, кивнув на Кирилла и Веру.
– Да-да, естественно!
– оживился Анатолий и поторопился вслед за Джоном и Глобусом.
Дверь захлопнулась. В комнате остались Ирина, Люда и Белкин. Ирина поднялась с кресла, подошла к окну и посмотрела, как по тропе, гуськом, идет странная компания людей, которые еще совсем недавно не знали друг друга. Теперь все они варились в одной кастрюле, а Ирина, вдоволь помешав ложкой и добавив специй, накрыла их крышкой.
Двумя пальцами она взяла с подоконника нескончаемую Федькину бутылку, всегда наполненную наполовину, поднесла к нему, сидящему в углу, и встряхнула над его головой.