— Директор нашей службы будет далеко не в восторге, узнав, что кто-то дал ему неверные сведения.

— Он этого не услышит.

Джордан удивленно приоткрыла рот.

— Шутишь, что ли?.. Мы должны, обязаны рассказать об этом Дельгадо.

— Нет. По крайней мере, до тех пор, пока я не выясню, кто дал шефу неверную информацию о Заки. В подготовке и проведении нашего задания были задействованы человек десять, если не больше. Если сейчас проинформировать Дельгадо, они могут соскочить с крючка.

— Думаешь?

— Если Дельгадо узнает, он тут же инициирует внутреннее служебное расследование, постарается выяснить источник этой информации. Но к этому времени будет уже поздно. Если мы доставим реликвию генералу Дельгадо и источник услышит о расследовании, есть риск, что Радикс попадет не в те руки. — Бринстон пытался побороть тревожное предчувствие. Он не получил ответов на все вопросы, просто нюхом чуял неладное. Так что придется предпринять определенные действия, чтоб выяснить истинное положение дел. — Ты доверяешь мне, Джордан?

— Больше, чем кому-либо другому. Каков твой план?

— Мы приземлимся в Балтиморе, но не повезем Радикс в офис Дельгадо в Форте Мид. Прежде мне нужно проконсультироваться с одним специалистом. Он работал на нас еще до твоего перевода.

— А может, этот твой коллега и есть тот самый человек, который дал неверную информацию?

— Он знает о Радиксе, а вот о Заки — ровным счетом ничего. После прилета нам надо залечь на дно. Затаиться, чтоб я мог спокойно с ним поговорить. Дельгадо не должен знать, чем мы занимаемся. Так что доверься мне.

Вашингтон, округ Колумбия

23.25

Дина накинула белый махровый халат с эмблемой Белого дома, затем перешла в соседнюю комнату, носившую название Гостиная Линкольна. Уютно устроившись на пышном викторианском диване перед камином, где ревел огонь, она принялась проверять электронную почту на ноутбуке. Какой-то журналист просил дать интервью для журнала «Биофарм Интернейшнл». Коллега из компании «Мерк» поделился слухами о том, будто бы Администрация по контролю за продуктами питания и медикаментами отказала новому антихолестериновому препарату компании «Пфайзер» в одобрении по ускоренной процедуре. Затем она увидела сообщение от Пантеры. Прежде Дина никогда бы не проявила такого доверия к совершенно незнакомому человеку, но Пантера сумела произвести на нее впечатление. Называйте это интуицией, чем угодно, но она верила в их договоренности.

Пантера отправила ей e-mail с мобильного телефона. Хоть и короткое, но Дину оно не разочаровало.

В дверь постучали, Дина вздрогнула. Соскочила с дивана и устремилась в спальню, ответить на стук.

В дверях, привалившись спиной к косяку, стоял Дилон Армстронг. Криво улыбнувшись, спросил:

— Не возражаешь, если зайду? — И перед тем, как проскользнуть в комнату, обернулся и покосился на агента, дежурившего в Восточном крыле.

— Брат знает, что ты здесь?

— Насколько мне известно, сейчас он занят. Читает сказки на ночь своим детишкам. — Дилон бросил пальто на спинку викторианского кресла. — Хочешь верь, Дина, хочешь нет, но я пришел извиниться. Я вел себя неподобающим образом, был слишком резок во время разговора на Южном портике.

— Я понимаю, как много значит для тебя «Тафт-Райдер». Это же был твой первый большой успех в фармацевтической индустрии. Ну и, конечно, тебе хотелось бы, чтоб компания процветала и дальше.

— Я всегда старался отделять личную жизнь от корпоративных интересов. И мне это удавалось. Но сейчас… Знаешь, расставание с Брук меня сильно угнетает.

— Может, это немного развеселит.

И Дина прочла ему вслух сообщение от Пантеры.

— Отлично. Когда состоится обмен?

— Надеюсь, буквально через несколько часов.

— Послушай, Дина, ты у нас человек опытный, так что процесс приобретения поручаю тебе. Меня это вполне устраивает. Я уже перевел деньги на счет в банке в Люксембурге. — Дилон схватил с кресла пальто. — Пошли ко мне. Дам тебе номер счета.

— Ты не пожалеешь, — сказала она. — Обещаю.

23.35

Рыцарь поднес бинокль к глазам и всмотрелся через лобовое стекло «Мерседеса». Вместе со своим помощником и двумя агентами безопасности он контролировал район, прилегающий к Национальному кафедральному собору. Этого человека, грешника, он заметил здесь еще четыре дня назад.

Уличные фонари отбрасывали призрачный свет на мощенную булыжником площадь. Вот из узкого заснеженного прохода, что тянулся рядом с готическим собором, показалась какая-то фигура.