Шрифт:
– А зачем?
– Проверяем зачем? Чтобы стоял долго.
– А зачем?
– Чтобы ты выросла и тоже по нему успела полазить, – ответила я.
– А зачем?
– На тебя в детстве похожа. Такая же не в меру любопытная, – сказал Андрей.
– Ну зачем?
– А другие слова знаешь? – тут Андрея выгнуло, он еле устоял на заборе.
– Кыш! – шикнул он на девочку. – Прав Димка. Возраст даёт себя знать. Нервы – раз! Вестибулярка никуда не годится – два. Мышцы на ногах дряблые – три. Сердце колотится, как сумасшедшее…
– Тахикардия, – напомнила я.
– Да, спасибо, склероз. Она самая, тахикардия. Четыре и пять. Всё. Больше экспериментов не ставим. Почапали домой. Книжечки, диванчик, пледик…
– Тёплые носочки….
– Почему носочки?
– А почему пледик?
– Да не важно! Как это ни грустно, заборное время прошло.
– Началось подзаборное…
– Какое? – засмеялся Андрей.
– Подзаборное. Ну, там, всякие нарисованные на заборе разбитые сердца… Маша + Саша = Л…
– Это мы ещё не освоили.
– Всё впереди.
– Ты так считаешь?
– Я знаю.
Таня Илкова
В девятом классе к Андрею на третью парту села Таня Илкова. Она перевелась к нам недавно, год назад. Её семья переехала из другого района. Девушка как девушка. В очках, с зачёсанными в пучок волосами и проблемной кожей лица. Скромная, неброская. Круглая отличница. Вела она себя тихо, быстро нашла себе подруг – таких же спокойных и ответственных: тоже, кстати, отличниц.
У нас в классе четыре отличницы и ни одного отличника. И вот трое из них дружат, забавно.
Я, конечно, знала о Танином существовании, но как-то так всегда складывалось, что мы не общались.
– Привет.
– Привет.
И всё. Бывает же так? Вот он, человек. Рядом. Ходит. Разговаривает. Смеётся. А для тебя его словно нет. На уроках я сижу на первой парте и никого не вижу, разве что первые парты первого и третьего ряда. На переменах меня всё время куда-то несёт. Да и пообщаться с подругами нужно.
Когда заканчиваются уроки, Таня уходит на автобусную остановку, которая сразу за школой. Мы с Андреем идём в противоположную сторону, к дому. Ну никак не пересекались наши с Таней пути. До одного дня…
Мы возвращались с Андреем из школы. Весна была сухая и тёплая.
– На великах пойдём кататься? – спросил Андрей.
– Ой, нет. Не хочу сегодня на великах. Ко мне Яська придёт. Мы с ней давно встретиться хотели.
– Понятно, а я пойду покатаюсь.
Мы дошли до дома и разбежались. Потом пришла Яська. Мы сели пить чай и перемыли кости сначала всем моим учителям, а потом и её. Всплыли амурные дела. Обменялись рассказами о том, кто сколько раз кому улыбнулся или пристально взглянул – из сердечных воздыхателей.
Я большая фантазёрка. Если начну рассказывать и вижу, что слушают, начинаю подвирать на ходу, а потом вообще ни слова правды не остаётся, чистая фантазия. Но именно тогда, когда я начинаю фантазировать, слушателю становится больше всего смешно. Это подбадривает меня ещё сильнее. Отсюда я делаю вывод, что у меня хорошо получается, во-первых, рассказывать, а во-вторых, сочинять. Что наговорила, я, как правило, не помню, из-за чего часто попадаю впросак, когда снова встречаюсь с тем человеком, которому пришлось испытать на себе всё буйство моей фантазии. Поэтому стараюсь одну и ту же тему не поднимать дважды.
Для Яськи, так уж получается, я придумываю разные «воздыхательные истории». Герои романа меняются, суть остаётся: нежная светлая любовь одноклассника к однокласснице. То есть ко мне.
Если по правде, то, конечно, есть ребята, которым я симпатизирую, есть те, которые симпатизируют мне, но всё как-то скучно, серо, неромантично – дальше списывания в тетради сложных заданий не идёт… А в фантазиях я наделяю моего героя благородными качествами, изысканным слогом и манерами. Яське остаётся только удивляться, как это столько джентльменов собралось в одном классе… и по разу все были в меня влюблены.
Может, поэтому она захотела познакомиться со всеми моими одноклассниками? Я была не против. Ведь для меня придуманная история – всего лишь игра. Мои взаимоотношения с Андреем также всплывали раз-другой. Но как-то про него ничего не сочинялось интересного – за ненадобностью тема моего соседа увяла. Помню только, описала я его как хорошего и верного друга, без романтики.
– И тебе он совсем не нравится? – уточнила Яська.
– Почему же не нравится? – удивилась я. – Он мне как брат. Я сколько себя помню, столько и его… Мы всё делили пополам, начиная с горшка. Как же он может мне не нравиться?