– На улицу.

Мы начали шумно возмущаться, а он взял и закрыл дверь. Что делать?

Пошли переодеваться. После физкультуры девчонки решили остаться, чтобы придумать дальнейший план действий.

– Ты с нами? – спросила меня Таня.

– С вами. Сейчас Андрею скажу, чтобы домой шёл, и приду.

Когда я вернулась, разговор был в самом разгаре.

– Давайте на него классной пожалуемся?

– Нет, давайте сразу директору школы!

– Да ну, что толку… Они все друг друга защищают. Это же всем известно.

– А что делать? Он нас ведь не слушает. А мы уже переболели тут по пять раз.

– Ну, это ты загнула….

– Нет! Почему? Правда. Болели же.

– Болели. Да. Болели, – затараторили девчонки.

– Может, родителям сказать?

– Да? И потом ещё полгода рассказывать, что происходит на уроках физкультуры? Нет уж.

– Мои тоже потом не отстанут.

– А чьи отстанут?

– Надо самим как-то решать.

– А давайте в газету напишем?

– В какую? В какую? – наперебой зашептались девочки.

– Ну, не знаю… Есть же какие-нибудь детские газеты?

– Есть, наверное.

– Здорово!

– Вот это да!

– Давайте писать! Давайте!

– Вот напишем письмо, а потом решим, куда послать.

– Я напишу текст, – сказала Таня, – а потом соберём подписи. Да?

– Да! Да! Правильно.

На следующий день письмо было готово:

«Уважаемая редакция.

Пишут вам ученики 5-го класса «Б». Очень просим, помогите нам, пожалуйста. Наш физрук проводит уроки на улице. А уже холодно и мы всё время простужаемся. Просим вас, пусть наш физрук проводит занятия в школе. Мы все подписались. Спасибо».

– Что-то мало написано, нет? – спросила я.

– А про что ещё писать? – ответила Таня. – Всё есть. Подписи только нужно собрать. Но тут такая вещь… Мальчишки отказываются подписывать.

– Почему?

– Не знаю. Наверное, потому что им нравится на улице бегать. Но ты же знаешь, как Толкачёв расписывается? Распишись за него. Мы все уже подписались, только тебя ждали.

– А я не умею подписываться, – тихо сказала я.

– А я тоже не умела. Вчера как раз придумала, как буду подписываться.

– А ты просто свою фамилию напиши, – посоветовала Наташа.

– И за Андрея не забудь. Так нас больше будет.

Я взяла ручку и написала фамилию Андрея и свою. Для убедительности постаралась вывести буквы, как делает Андрей, округлыми и широкими. Он так пишет, что ни с кем не спутаешь.

На следующей перемене наше письмо как-то попало в руки мальчишек. Они его не отдавали: мы подняли крик. Пришла завуч, забрала наше письмо себе и ушла, а на следующий день…

Вместо последнего урока к нам пришли завуч, две учительницы старших классов и наша классная руководительница. Они молча смотрели на нас, а мы на них.

– В вашем классе произошло вопиющее безобразие. Нет! Скандал! Позор! – начала завуч. – Кто-то из вас написал письмо, якобы в редакцию, с жалобой на нашего учителя физкультуры. Кто написал это письмо?

Все молчали. У меня пересохло во рту. До меня стало доходить, что мы что-то не то сделали.

– Я вас спрашиваю? Кто написал это письмо? Так… Молчите… Тогда знайте, что из-за этого человека у вас всех будет «два» в этом году за поведение. Если этот человек не признается, конечно.

В тишине хлопнула крышка парты.

– Это я написала, – сказала Таня и заревела.

– Как – ты? Отличница! Какой кошмар! Почему, зачем ты это написала?

– Мы с девочками, – начала, всхлипывая, Таня, – я… Решили… Он… Вот и мы…

Слёзы текли по её щекам в три ручья.

– Она не одна это придумала, я полагаю? – спросила строго классная руководительница. – Вы ведь здесь все подписались. Да ещё Толкачёв.

– Он не подписывал, – заорал Лёшка. – Мы все были против!

– Как не подписывал? – изумилась завуч, переходя на шепот. – Так, значит, твою подпись кто-то подделал? – обратилась она к Андрею.

Он молчал, но на лице его появились удивление и растерянность.