Яська отступил ещё на шаг и закрыл ладонями глаза.

Тень тёти Поли сказала гнусавым голоском:

«Ясь, а Ясь, смотри, как они возвращаются из бездны.

Яська, словно загипнотизированный, посмотрел сквозь разведённые пальцы. На карнизе за окном сидел довольный Шельма и, как ни в чём не бывало, умывался лапой. Он на секунду оторвался от своего занятия, глянул на шокированного Яську вертикальными зрачками, приподнялся и принялся тереться облезлым боком о деревянную поверхность оконной рамы.

Яська отрешённо мотнул головой. Прохрипел, обращаясь не то к тени тёти Поли, не то к самому себе:

«Это не он. В мешке был не он!»

Тень тёти Поли вышла на свет.

Яська невольно вскрикнул, уткнувшись лопатками в холодную стену – дальше отступать было некуда. Перед ним стояла вовсе не тётя Поля, а некое сгорбленное существо, укутанное в чёрную мантию с капюшоном на голове.

Существо сплюнуло на пол синюю слизь, прохрипело, истекая слюной:

«Там вообще никого не было», – оно склонилась над мешком. Развязало верёвку. Вывернуло мешок наизнанку.

К ногам Яськи хлынула бордовая жижа. Существо сипло рассмеялось, откинув пустой мешок прочь; а Яська привстал на цыпочки.

«Лихо придумано, а Ясь? – Существо надвинулось. – И не подумает никто, как, оно, есть на самом деле...»

«А как на самом деле?» – спросил Яська, силясь дышать ртом.

«Шельмы выходят на Путь за вами. Чтобы увести во тьму вслед за собой. Они-то вернутся обратно, а вот человек – вряд ли. Ведь у человека всего одна жизнь. Разве не так?»

Яська глупо мигнул. Посмотрел на кота за окном. Потом снова себе под ноги.

«Ну так что, рискнёшь открыть? – ехидно спросило существо. – Ясь, а Ясь, рискнёшь впустить её к себе?»

«Её?»

«Бездну!» – Существо упало на колени, в кошачью кровь, и принялось скукоживаться, уменьшаться в размерах, точно засушенный фрукт.

Яська наблюдал за жуткой трансформацией разинув рот.

Существо уменьшилось до размеров козявки и прыгнуло Яське на локоть. Яська тут же махнул рукой, словно на ту посадили энцефалитного клеща. Хотя было и того хуже!

Козявка удержалась. Противно запищала, такое ощущение, прямо в ухо:

«Ясь, а Ясь, ты главное, прежде чем идти, хвоста ему накрути, чтобы злее был! Тогда он точно доведёт, будь в этом уверен!»

Козявка надула изо рта шарик и нырнула в него, пропав без следа, как и в первый раз.

Яська сполз по стенке, силясь совладать с проникшим в голову ужасом.

«Эй! Ты чего тут забыл?»

Яська резко обернулся на голос.

«Тимка?»

Девочка отрицательно качнула головой.

«Нет. Но можешь называть меня так, потому что у меня нет своего имени».

«Разве так бывает?.. У всех живых людей должно быть имя!»

Девочка улыбнулась.

«У живых – да. А я – не живая».

Яська сглотнул страх. На спине набухли мурашки. В груди неприятно закололо.

«Но как же...»

Девочка вздохнула.

«Мне запрещено рассказывать. Да я и не помню толком ничего».

«Но почему нельзя? Кто запрещает?!»

Девочка оглянулась по сторонам.

«Они».

Яська тоже огляделся.

«Они?..»

Девочка утвердительно кивнула. Развела руки по сторонам, словно в попытке охватить ими ночь.

«Те, что наблюдают. Они есть сосредоточие Тьмы. А Тьма – внутри наших голов. Она – повсюду. От Неё невозможно скрыться или бежать, потому что Она в курсе всех наших страхов и тайн. Ей можно только противостоять. Причём по обе стороны горизонта, – девочка вздохнула. – Зря ты «плаваешь» именно сюда. Хотя... Любой на твоём месте, думается, совершил бы ту же ошибку».

«Но я же просто сплю! Я не могу никуда плыть!»

«Всё ты можешь, просто сам не желаешь признавать этого. Ты засыпаешь с мыслями о Тьме, соответственно, Она к тебе и приходит. Точнее не к тебе, а на твой Путь. Это очень опасно: однажды может затянуть под «покрывало».

«Что ещё за покрывало? Постельное?»

Девочка улыбнулась.

«Дурашка. Совсем как мой... – Она осеклась, потупила взор. – У вас есть такое понятие, как «чёрная дыра». «Покрывало» сходно с ней по своей структуре. Оно затягивает на другою сторону и, если не можешь «плыть», больше не вернёшься. Или не проснёшься – как тебе понятнее. А тогда останется только надежда и больше ничего».

Яська посмотрел на девочку – та в полумраке изучала линии на ладонях.

«Так тебя всё же затянули?»