— И эту фразу я обязательно буду использовать, спасибо, — перебил я Дашу. Мои руки уже начали подергиваться от коктейля чувств, бушевавшего внутри.

— Ты невыносим, — прошипела она и отвернула голову.

— Я невыносим?! Я?! — окончательно закипел я. — Это я тебе голову морочил?! Это я тебя ночью соблазнил, а потом выкинул?! Ответь, давай! Расскажи мне, какое я дерьмо!

— Как я сказала: ты невыносим, — сохраняла она хладнокровие, и это злило меня еще больше. Ну, давай же, выплесни ты эмоции!

— Почему? — тихо спросил я.

— Извини, такой я человек, — спокойно ответила она.

— Знаешь, эту фразу я у тебя тоже сворую. И если я стану убивать молоденьких девочек и меня поймают, я обязательно скажу на суде: «Извините, такой уж я человек», — уровень моей язвительности поднимался вместе с уровнем адреналина и черепным давлением, которое в прямом смысле начинало раскалывать мне голову. Виски пульсировали так, что, казалось, они сейчас лопнут, и я забрызгаю тут всё красивыми фонтанами крови.

Мы оба смотрели в пол и какое-то время просто молчали. Я уже не мог рационально думать. Да и вообще думать не получалось. Слова не приходили на ум, мысли не доходили до сознания, абсолютная и всепоглощающая темнота в отдельно взятой голове. Я слышал лишь свое сердце, которое вырывали из груди, и чувствовал лишь давление своей крови, которое отдавалось в каждом кусочке моего тела.

Мою тьму прервала открывающаяся в столовой дверь. Тут вам что, двор проходной что ли?! Хотя это действительно было не лучшее место для подобного рода бесед и тем более для публичной грусти.

— Тили-тили тесто, жених и невеста! — прокричала на весь зал Калли. Еще десять минут назад я бы посмеялся и порадовался бы вместе с ней, но Калли однозначно выбрала не самый удачный момент для этого. А ведь незадолго после нашего знакомства с Калли я думал, что скажет она эту фразу по отношению ко мне и Изиде, уж очень эта черта ее характера оказалась предсказуемой.

— Тсс, Калли, ты их вспугнешь, — произнес Курт, пришедший вместе с ней. Калли и Курт подошли к нам, я посмотрел на них и изобразил нечто вроде улыбки. Однако мое лицо как бы намекало, что сейчас не лучший момент. Даша продолжала смотреть в пол и не обращала на них внимания. Видимо, ей тоже сейчас тяжело. Но, Дьявол, ведь она сама виновата в сложившейся ситуации!

— Ты почему такая грустная? — Калли поинтересовалась у Даши.

— Да, Даша, на тебе совсем лица нет. Случилось чего? Ты прямо как ходячая депрессия. Хмм… Депрессия… — задумался Курт, слегка приподняв голову.

— О, нет, Даша, аккуратно! Если Курт даст тебе прозвище, то оно может прицепиться, — весело предостерегала ее Калли.

— Точно, если ты сейчас же не улыбнешься, я стану называть тебя Депрессией, — произнес Курт, но Даша так и не подняла голову. Чего они к нам пристали?! Не видят что ли, что нам совсем не до смеха?!

Я не выдержал, резко вскочил со стула и очень быстро пошел на выход из столовой.

— Что это с ним? — услышал я голос Калли за секунду до того, как хлопнул дверью.

Взрывной коктейль эмоций достиг своего пика, и я со всей силы ударил кулаком по каменной стене. Но мое умное подсознание за долю секунды до столкновения успело создать у меня на руке стальную перчатку и что-то мягкое под ней для смягчения удара по самой руке и нанесения максимальных повреждений стене.

Я задумчиво осматривал свою руку, затем растворил перчатку. Безусловно, это было красиво, спасибо тебе, мой мозг, но цель была не в этом! Я даже не могу избить стену в Мечте! Замечательно, просто великолепно.

Направляясь быстрыми шагами к выходу из Шпиля, я столкнулся с Изидой. Попытался обойти ее, но она схватила меня за плечо и повела за собой.

— Остынь, — произнесла она, разглядев во мне гнев и ярость. — Что случилось?

— Даша, — кое-как ответил я.

— Этого стоило ожидать, — вздохнула Изида. — Пойдешь сейчас со мной. И без всяких споров!

— Мне всё равно, — сквозь зубы проговорил я.

Изида вела меня к себе, в свою комнату. Ох, опять по этой бесконечной лестнице идти. Почему мой мозг автоматически догадался создать перчатку перед ударом, но не додумался до того, чтобы сотворить здесь лифт для комфортного подъема? Давай, голова, материализуй лифт! Или тебе нравится меня мучить?!

Совершив подъем, буря во мне немного утихла. Лишь немного, так как сейчас мне хотелось броситься в одиночку на эту долбанную крепость крестоносцев. Или пойти прямо в город Первого. А чего мне терять?

Мы быстро прошли на балкон. На улице, как и раньше, царила ночь, только теперь добавился еще и сильный туман, такой, что огней у стены Шпиля было практически не видно, не говоря уже о крепости крестоносцев.

— Давай, рассказывай, — спокойно приказала Изида. Это действительно звучало скорее как приказ, нежели как просьба.