Это были почти все наличные силы, которые можно было привлечь к участию в атаке. Расширение контролируемой союзниками акватории, при одновременном расширении сухопутного театра военных действий, вынуждало их распылять не только армию, но и флот. 2(14) октября по приказу Дандаса для прикрытия Евпатории от возможного нападения русских с суши туда ушли «Леандер» кептена Джорджа Кинга, «Файербенд» (вернулся), «Везувий» (вернулся) и еще несколько кораблей. Конечно, собрать их вместе было можно, но уже требовало определенных организационных усилий.

Почетная миссия разнести батареи на Северной стороне возлагалась на три атакующих отряда, которые должны были в установленное время «…последовательно занять свои позиции, насколько возможно в соответствии с намеченными планом».{912} Командование ими делили между собой Дандас и Лайонс.

Главный объект атаки — Константиновская батарея. «Альбион», «Лондон», «Аретуза» — для действий в тыл батарее. Первые два получили задачу подавить батареи Волохова и Карташевского, которые серьезными противниками не предполагались. Надеялись быстро вывести их из строя, что стало одной из самых дорогостоящих ошибок английских адмиралов в сражении 5(17) октября 1854 г.

Самый коварный замысел имел «Лондон». Во время частых разведывательных рейдов англичане заметили слабое место в архитектуре Константиновской батареи и теперь не преминули этим воспользоваться. Выстрелами через мыс, севернее ее, можно было достать ее внутреннюю часть, наиболее уязвимую.

Второй (центральный) отряд: «Родней», «Агамемнон», «Санспарейл» — для действий в открытый фланг и частично в тыл Константиновской батареи. Это был атакующий отряд, в который входили два паровых линейных корабля («Агамемнон» и «Санспарейл») — основная ударная сила английской эскадры, способная самостоятельно маневрировать.{913} Третий (южный) отряд: «Британия», «Трафальгар», «Венджинс», «Куинн», «Беллерофон» — для действий во фланг Константиновской батареи. Он должен был вести огонь, держась ближе к границе пологой отмели, выходившей в акваторию западнее батареи.

Все три отряда держались так, чтобы не попадать под огонь всех орудий батареи, тем минимизируя опасность для себя, что очень хорошо видно на прилагаемой схеме.

Отряд поддержки — скоростные паровые корабли («Самсон», «Трибюн», «Террибль», «Линке», «Спитфайр»). Они назначались для прикрытия основных сил и могли самостоятельно выбирать себе позицию, но при этом сохранять контроль над обстановкой и своей эскадрой. Фрегатам предоставлялась возможность выбирать цели атаки по своему разумению и обстановке, оказывать помощь кораблям, попавшим в затруднительное положение. В случае возможности отряд мог произвести прорыв в бухту: в него входили лучшие «ходоки» с минимальной осадкой и небольшим вооружением.

Отряд обеспечения. В него входили два корабля: маленькая «Циркассия» и солидный «Сфинкс». На последний погрузили резервный запас, первый должен был работать как разметчик позиций.{914}

Это был небольшой паровой буксир, который привел в Крым его хозяин Болл, принявший добровольное участие в кампании в звании лейтенанта. Буксир суетился вокруг «Агамемнона», при необходимости помогал ему маневрировать, делал промеры глубин и прочие военно-морские действия в интересах Лайонса и его отряда.{915}

После подавления батарей неприятельский флот мог предпринять попытку ворваться на внутренний рейд и, пользуясь численным превосходством в артиллерии, подавить отдельные русские береговые батареи, после чего открыть огонь по оборонительным сооружениям Севастополя с тыла, чем содействовать успеху штурма города с суши.{916}

Естественный в этом случае вопрос возникает сам собой: если союзники знали, что вход в Севастопольскую бухту закрыт, как могли планировать прорыв. Ответ тут не настолько сложен, что бы сильно мучить мозги, придумывая фантастические версии, вроде наличия на кораблях специально обученных ныряльщиков и прочей ерунды.