— Осмонд?

Ричард кивнул.

— Да, именно так. Он приезжал раз в один-два месяца. Иногда чаще. Было время, когда он появлялся каждую ночь, а потом пропадал на полгода. Я всегда уходил в свою комнату, когда он появлялся. Мне не нравился его запах… его одеколон. Из-под этого запаха наплывал другой…

— Как будто он не мылся лет десять.

Ричард удивлённо посмотрел на Джека.

— Я тоже знал его как Осмонда, — пояснил Джек. В Территориях, ещё до встречи с ним в Индиане, как с Гарднером.

— Тогда ты видел и этого… это существо?

— Рауля? — Джек покачал головой. — Рауля там не было. Я не видел ни его, ни его американского двойника. Сколько тебе лет было, когда ты впервые увидел Осмонда?

— Около четырех. И эта история в туалете… ну, ты знаешь… ещё не произошла.

— А эта история… она произошла, когда тебе было пять лет?

— Да.

— Когда нам обоим было пять.

— Да. Можешь опустить меня на землю, я немного пройдусь сам.

Они молча шли по дороге. Джек вспомнил…

(Шесть, Джекки было шесть) …Именно тогда он случайно подслушал разговор отца и Моргана Слоута. А позже, в том же году, что-то появилось из темноты и дотянулось до него и его матери. Это было ни что иное, как голос Моргана Слоута. Морган звонил из Юты. Он, Фил и Томми Вудбайн уехали туда на три дня на охоту в ноябре. Там был ещё один приятель — Рэнди Гловер, — который всегда охотился с ними. Морган позвонил, чтобы сказать, что Фил убит каким-то охотником. Они с Томми вынесли его из леса. Фил был в сознании и попросил Моргана передать Лили и сыну, что он их любит. Через пятнадцать минут он умер.

Морган не убивал Фила; там был Томми и мог подтвердить, что все они стояли рядом, когда прогремел злополучный выстрел. Но, возможно, все было не так просто, и причиной смерти дяди Томми стало вот что: Морган Слоут устал бояться, что тот о чем-нибудь проболтается.

— Скажи, а этот человек приезжал тогда, когда наши отцы поехали на ту, последнюю охоту?

— Джек, мне было только четыре года…

— Нет, Ричи, не четыре, а шесть. И ты не мог забыть. Так приезжал он перед тем, как мой отец умер?

— Да, именно тогда он появлялся почти каждую ночь, — тихо ответил Ричард.

Джек жёстко сказал:

— Мой отец погиб на охоте в Юте, дядя Томми — в Лос-Анджелесе. Тебе не кажется, что смертность среди друзей твоего отца необычайно велика?

— Джек… — голос Ричарда дрожал. — Я… зачем ты так…

— Почему же ты не хотел хоть немного довериться мне?

— Я боялся, — тихо признался Ричард. — Я боялся, что если я буду думать об этом, то начну меньше любить отца. И я был прав, — Ричард закрыл лицо руками и заплакал.

Джек проклинал себя последними словами: зачем он сказал все это Ричарду! Ведь Морган — его отец!

Он приложил все усилия, чтобы успокоить друга. Он напомнил ему, что знание всегда поможет и что сейчас их важнейшая задача — найти Талисман. Нужно идти… идти в Пойнт-Венути.

Они медленно тронулись в путь. В Ричарде как будто что-то прорвало, и он начал вспоминать. Оказывается, он многое знал… Знал, например, о поезде, который принадлежал отцу, знал о военном городке — Лагере Готовности.

— Есть только одна вещь, которую мой отец велел никогда не говорить тебе — то, что из Лагеря Готовности в Пойнт-Венути ведёт прямая железнодорожная ветка. Когда-то здесь ходили троллейбусы, но потом машины вытеснили их. Отец приобрёл это место и перестроил его. Когда-то он даже прокатил меня по железной дороге к Пойнт-Венути. Это было давно, когда мы были ещё детьми…

Ричард помнил название мотеля, в котором они тогда остановились — «Королевский Мотель». Этот мотель находился неподалёку от гостиницы, которая очень интересовала его отца. Она была построена из дерева, но производила впечатление каменной. Старый чёрный камень.

— Мой отец называл её Чёрным Отелем.

— Твой отец купил её?

Ричард немного подумал и кивнул:

— Да. Но не сразу, потому что сперва на её двери висела табличка «Продаётся».

— И вы не останавливались в ней?

— Нет, никогда!

— А твой отец никогда не входил в неё?

— Как мне известно, нет. Мне кажется, он боялся.

— Боялся чего?

Ричард помолчал, задумавшись.

— Он каждый день подходил к ней, когда мы были в Пойнт-Венути. Подходил и стоял — час, два, три. Почти всегда он был один. Иногда к нему присоединялись его странные друзья.