Они с воодушевлением затянули популярнейший когда-то хит, а Головной между тем деловито осведомился:

— С плотом не подсядем здесь? По времени… А? Вадим? Канительно это, небось…

— Не напрягайся, Олежа! — Успокаивающе произнёс Зорин. — Два дня решительной работы… Лес рядом. Руки с собой, да и опыт есть. Плот — это связанные и сбитые плотно между собой брёвна. Это не Ноев ковчег, успокойся.

— А-а-а! — Протянул Олег. — Да я то не против. Ты только руководи…

Объём работ, связанный с конструкцией плота, в общем то, не страшил ни глаза, ни руки. С вечера, Вадим предварительно пояснил, кто и чем будет заниматься, а с утра дело завертелось, и отступных мыслей, если до сих пор и мелькали, теперь не стало. Идея сплава родилась, как бы вдруг и спонтанно, но уже с ударом топора приобретала реальную перспективу. Душе стало спокойнее и мирно, будто кто-то и впрямь вынул занозу. Весь тревожный сумбур, связанный вокруг заброшенной часовни и нагнетаемый байками досужих старушек, рассеялся словно дым. Тем более, что водное приключение, ни коим образом, не пересекалась с теми местами.

Топор пел в руках и творил привычную работу. Ничего нового и хитрого. Всё пошагово просто и заезжено не раз. Деду спасибо. Недаром он следил, чтобы Вадька не отлынивал от ножа и топора, чтоб принимал активное участие в разных ремёслах. Помнится, ещё подзадоривал: «Настоящий охотник — и столяр и плотник». Вестимо, это так. Дедова школа, по сути, являлась школой жизни и включала в себя, почти все виды человеческой деятельности. Уж, по крайней мере, востребованы были те сферы, без которых в лесной глухомани просто не выжить.

Стяжка или обвяз бревенчатого материала прошёл шустро, без повторных протачиваний. Вицы не рвались в стягах, что бывает, в общем то, частенько, да и клиновый шпон зашёл как надо. На всякий случай, Зорин усилил, сбив в прикормовой поперечной части плота, там, где отводилось место для багажной клади. Нагрузка, здесь шла в два-три крат более, чем будет на носу. И к тому же, прямо сейчас стоит поприкинуть, как раскидать вес по площади, чтобы плот не давал просадку…

Основание (по-другому — став) было готово. Но это было лишь полдела. Требовалось соорудить направляющие гребни, отбортить багажное отделение. В общем, работы ещё на полдня, если не более. По опыту Вадим знал: мелочёвка отнимает больше времени.

— Всё! Перекур! — Вадим встал, распрямляя осанку, вытянул вперёд сцепленные в замок руки, крякнул. — Отдыхаем парни!

В конце концов, кто их гонит?

— Голова, передай водичку! — Попросил Климов, облизывая губы. — Вон, сзади, у твоих ног…

Вода в пластиковых бутылках, набранная из ключа, успела прогреться под лучами полуденного солнца, но ещё сохраняла родниковую свежесть. Каждый из троих поочерёдно приложился к горлышку, впитывая в себя живительную влагу.

— Уф-ф, хорошо-о! — Ваня тряхнул пластиком, критически оценивая оставшееся в бутылке. — Почти ноль! Вы пока курите, а я схожу на родник. Наполню…

Он, было, встал уже, но Зори его остановил:

— Сейчас все вместе пойдём. Дело к обеду… Продолжим по вечорке, никто ведь нас не торопит.

Олег поддакнул, щурясь от подожженной сигареты:

— Не суетись, Клим! Счас, в лагерь двинем… По пути и наберёшь! О-о! Глядите… — Взгляд Головного ушёл за спину Вадима. — Наташка чешет, да ещё с полотенцем. Не иначе, готов обед…

Взгляды сидящих обратились к показавшейся фигурке, двигающейся от лесной полоски в их сторону. Наталья приближалась. Ветерок шевелил волос её коротенькой стрижки, а перекинутое через плечо полотенце, подтверждало мысль об окончании работы.

— Мужчи-и-ны-ы!!! Обеда-ать!!!

Обед прошёл в единодушном мужском молчании. Возможно, сказывалась усталость, а быть может, просто хотелось есть. Просто жевать и лениво ковыряться в своих думках, мало-помалу обсасывая какие-то свои переживания. Даже словоохотливый Ваня, и тот был непохоже скуп на речи. Бывало, что и с набитым ртом, умудрялся хохмить, а тут, на, тебе… Жуёт, и какую-то неведомую точку в углях рассматривает.

— Вы, чё, какие-то смурные? — Заметила Люся. — Что-то не получается?

Олег коротко глянул на жену и, сглатывая пищу, отмахнулся:

— Всё у нас получается, дай поесть…

Наталья понятливо улыбнулась, и с назиданием обратилась к Людмиле:

— Дай им отдышаться, Люська. Мужики реально запарились. Жарко… Да ещё с брёвнами канитель. Оф-ф… Вся сила уходит на дело, понимаешь?!

Люся покаянно закивала в ответ.

— Даже мой касатик устал. — Продолжила Наташа с лёгкой иронией в голосе. — И нету у него сил на пустые разговоры с бабами…

Она подошла к Ване и присев перед ним на корточки, обняла за шею, заглядывая ему в глаза.

— Да, лапуся? Устал, да?

Ваня предпочёл согласительно промычать в ответ, ссылаясь на занятый рот, а Наташа уже обращалась к Зорину:

— Вадим, а может быть, завтра продолжите? Никто ведь нас пинками не гонит… А после обеда сходили бы искупались все вместе. Труд надо чередовать с отдыхом!

Зорин не преминул согласиться:

— Ребята! Основная часть работы выполнена… Всем объявляю благодарность! И действительно… — он оглядел всех сидящих за походным раскладным столиком. — Наташа права: поработал — отдыхай… После обеда — личное время! Хотите, купайтесь, хотите загорайте! Кому, что нравится…