Строя переходы, я поддерживаю связь между предложениями, так что вы не перепрыгиваете от одного к другому, а продвигаетесь через них гладко. И когда вы более приятным «… означает также „изящным“. – Прим. перев.» способом переходите от одного состояния сознания к другому, это облегчает выполнение разных задач, в особенности связанных с непроизвольными системами вроде сокращения сердца или кровяного давления. Это не механизм убеждения; это механизм облегчения.

Один из главных критериев, которыми я оцениваю любой метод, состоит в том, что он должен не просто действовать, но легко действовать. Я не думаю, что терапия должна быть трудной для клиента или для терапевта. Если что-нибудь делается с трудом, это указывает на нечто, чего мы не знаем. Гипноз не должен быть трудным или неестественным. Он должен быть самой естественной вещью на свете. Если вам приходится делать над собой усилия и пытаться, это означает, что вы пользуетесь недостаточно изощренной технологией. Это не значит, что то, что вы делаете, плохо, но свидетельствует о серьезном недостатке знаний. Имеет ли это смысл?

Мужчина: Мне как-то удалось уследить за последней фразой.

Благодарю вас. Вы это сделали превосходно. То, что я говорю, и в самом деле не имеет смысла; но это действует. Когда я перестаю употреблять выражения вроде: «если», «когда», или «в то время как» и внезапно высказываю дизъюнктивное суждение, например, «имеет ли это смысл?», то я вызываю этим весьма разнообразные реакции. Вы начинаете возвращаться к тому, что я сказал, и вам трудно сделать переход к последней фразе, потому что этого перехода нет. Если вы проследите за вашими переживаниями в тот самый момент, когда я вам что-нибудь говорю, то увидите, что когда я вам это описываю, вы движетесь от одной идеи к другой. Легкость «… означает также „приятность“, „изящество“. – Прим. перев.», с которой вы движетесь от одной идеи к другой, и составляет предмет нашего разговора. Если я хочу знать, понимаете ли вы это сознательно, – а это не то же самое, что переживать это или быть к этому способным, – то я должен суметь совершить гладкий переход к вашему сознательному пониманию. Если вы здесь сидите и раздумываете об этом, становится ли это для вас более осмысленным?

Мужчина: Мне кажется, вы говорите об использовании различных мостов: например, о том, чтобы сделать ваш стиль похожим на стиль пациента, или, может быть, принять манеры…

Нет, я не говорил о манерах. Может быть, вы захотите отражать положения тела, но если человек почешется, вам не обязательно чесаться. Если вы перенимаете манеры человека в открытой форме, это имеет тенденцию вторгаться в сознание, а вы в качестве гипнотизера как раз не хотите вторгаться в человеческое сознание. Вы хотите найти более тонкие механизмы – например, дыхание с той же частотой. Такую вещь человек нелегко осознает. Но подсознательно он это воспримет, и будет на это реагировать.

Мужчина: Хорошо. Эти вещи – другой способ построить связь между идеями, которые вы хотите протащить. Мне трудно отчетливо сказать, что я думаю: вы будете как-то внушительнее, если между разными тонкими средствами будет некоторое сходство.

Да, и я делаю кое-что еще, весьма облегчающее мне успешную работу в качестве гипнотизера. Я не представляю себе это как внушение. Многие, занимающиеся гипнозом и пишущие о нем, говорят о «внушении», о «преимуществе», о «мета-позиции» или о «контроле». Себя они называют иногда «операторами», что всегда казалось мне очень забавным. Эти же люди пишут о «сопротивлении», потому что если гипноз понимается как «контроль», то очень нетрудно натолкнуться на сопротивление. Можно описать то, что я имею в виду, как большую внушительность. Другой способ – назвать это большей естественностью. Вы более естественно реагируете на вещи, подходящие друг к другу, чем на не подходящие.

Вот вам пример. Закройте на минуту глаза. Все вы, вероятно, находились когда-нибудь поблизости от зеленой рощи. И когда вы там стояли и смотрели на эти деревья, вы видели и ветви, и ощущали запах деревьев. Вы ощущали погоду, температуру воздуха; возможно, вы начали даже чувствовать легкий ветерок и заметили, как ветви и листья стали раскачиваться в такт ветерку. Повернувшись налево, вы увидели, как прямо на вас мчится громадный носорог.

Если это не разрывает вашу действительность, ее разорвать невозможно. В наведении измененных состояний разрыв может иметь свою ценность и свою функцию. Но эта функция состоит не в том, чтобы мягко завлечь кого-нибудь в какое-нибудь место.

Разрывная коммуникация – очень сильное средство в семейной терапии. Часто случается, что приходит человек и говорит что-нибудь в таком роде: "Я хочу, чтобы моя жена оставила меня в покое ". «Хорошо, – говорю я, – заприте ее в чулан».

«Да нет, я не этого хочу».

"Хорошо; так чегоже вы хотите?"

«Я просто хочу, чтобы она перестала говорить мне, что ей нужны разные вещи».

«Значит, вы хотите, чтобы она писала вам письма?»

Это – не естественные переходы, и они вызывают различные реакции. Они очень полезны в рамках семейной терапии, где требуется быстрое продвижение, и часто приходится обходить ограничения сознательной психики, нанося ей сокрушительные удары.

Можно использовать отсутствие переходов, чтобы вызвать очень и очень сильные реакции. Мы говорили здесь о мягком наведении измененных состояний. Но можно также очень быстро вытолкнуть человека в измененное состояние с помощью коммуникации без логических, осмысленных и гладких переходов. Этим мы потом займемся. Это более радикальный метод, и я не хочу учить вас двум вещам сразу. Я хочу научить вас сначала одному, а потом другому. Понимание всегда облегчается, если разбить предмет на части.

Я заметил кое-что в ходе моего преподавания, о чем вам расскажу. Забавно, каким образом люди учатся, делая обобщения. Если вы скажете человеку: «Знаете ли, я думаю, что Канзас-Сити и в самом деле приятный город», он вам на это ответит: «А разве Даллас хуже?» Это не особая идиосинкразия, связанная с психологией и коммуникацией, а очень распространенное явление. Я преподавал во многих местах этой страны, и когда я говорил людям: «Эта вещь действует», то они каким-то образом приходили к заключению, что какая-нибудь другая вещь не действует. Так вот, я не говорю, что если вы не будете пользоваться переходами, это не подействует. Я говорю, что использование переходов помогает. Они усиливают то, что вы делаете, и помогают делать это лучше. Обратный подход тоже может действовать, но применять его надо иначе.