– У меня есть золото.

– Это только до тех пор, пока наш будущий общий господин не раскулачит тебя.

Я немного охладил его пыл.

– Ну, во всяком случае, я пока что владею золотом, а чем владеешь ты.

– Мечтами, - меланхолично отозвался я, - и я ни на что не променяю эти мечты.

Потому что это были мечты об Эдвине. Пусть в жизни он никогда не будет принадлежать мне, но в моих грезах он всегда только мой.

– В таком случае все твое имущество ничего не стоит, - гном сразу как-то сник.
– Мечты никому нельзя продать.

Этот гном сотрудничал с разбойниками, грабившими проезжих, а я оказался нищим. Естественно он расстроился, ведь у меня оказалось нечего отнять. Они были в доле и заманили меня сюда, почесывая руки в ожидании наживы, а я сам оказался еще более неимущим, чем они. Мне самому сейчас в самый раз брать нож и идти на большую дорогу. Жаль, что и ножа у меня нет, разве только где-то стащу.

У Эдвина явно никогда не возникало таких проблем. Я в отличие от него как будто совсем и не знатный господин. У меня тоже есть титул, земель правда больше нет, но ведь у Эдвина тоже. Однако он привык к роскоши, а я живу, как приходиться. Ох, уж этот Эдвин! Как же я завидовал ему и одновременно восхищался им.

– Я бы мог торговать мечтами...
– я рассмеялся, как безумный, и гном предусмотрительно попятился.
– Я бы записывал их на листы, множил на печатном прессе и продавал всем желающим. Тогда бы я стал богат. А люди бы платили деньги за то, чтобы прочесть, о чем я мечтаю.

– Мораль, как у жителей Рошена, - ехидно рассмеялся гном.

– Рошена?
– я удивился, что он интересуется тем, как люди живут там. Видно, новости летят быстро. Гном принялся рассказывать мне о том, как народ недоволен новым правителем, о уже происшедших восстаниях, которые тот жестоко подавлял и о так называемом обществе республиканцев, которые мечтают править вообще без короля.

– Они тоже торгуют мечтами, - он сунул мне листовку, в качестве сувенира изъятую из карманов какого-то жителя Рошена, которого, по словам гнома, все равно потом подстрелили во время мятежа, так что кража не считалась. Похоже, мятежи и бунты теперь окрасили город ярче костров инквизиции, но новый правитель давил их железной рукой. Однако люди, ушедшие в подполья, все еще не сдавались. Они мечтали о лучшем государстве. Том, где не будет короля вообще. Республика! Я зачарованно смотрел на плакат. Вот, что значит, предлагать кому-то мечту.

– Они хотят быть равными и свободными: ни аристократов, ни королей, - перечислял гном, загибая толстые короткие пальцы.
– Даже мы, волшебный народец, и те обзавелись императором, а они, простые люди, и собираются своих правителей свергнуть. Кто же станет ими руководить? Там наступит хаос. В прекрасном богатом Рошене. И мы сможем пользуясь суматохой все там разворовать, как во время восстания. Когда люди в толпе затаптывают друг друга, а я уношу золото, - он гордо продемонстрировал мне чьи-то карманные часы.

Хорошо, что в отличие от него я понимал в устройстве государства чуть больше.

– Они хотят парламент, избранных туда представителей от народа, - я мечтательно изучал плакат.
– Я мог бы стать одним из них. Моя кандидатура не самая худшая. Не будет больше жертв инквизиции. Ее просто упразднят. Не будет самодержца у власти.

– Ну, разве не мечты, - монеты гнома звенели так же ехидно, как его голос, и я вдруг понял, что не хочу прикасаться к ним. Хотя он как раз вдруг расщедрился и предложил мне в честь праздника взять все, что я смогу унести. Видно, наша беседа его раздобрила, и он решил меня одарить. Только вот меня уже такое предложение не прельщало. Я вдруг понял, что каким бы меркантильным я не был, а есть и другие ценности. Не только материальные. Блеск сокровищ уже не привлекал меня. К тому же, кто знает, вдруг едва я унесу отсюда щедрые подарки гнома, как они превратятся прямо в моих руках в дорожную пыль и грязь. С меня уже хватило таких шуток. Я по опыту знал, что любые контакты с волшебными существами опасны, даже если они сами хотят одарить тебя. Гном ждал, что я поблагодарю его, нагребу полные карманы золота, и даже уже заранее сожалел, что могу унести куда больше, чем он вначале рассчитывал. Наверное, при ближайшем рассмотрении я оказался куда более сильным и мускулистым парнем, чем издалека. Тяжелые ноши как раз по мне. Он уже слегка жадничал.

– Ну, что ты выберешь?
– его голос чуть дрогнул от нежелания мне что-то отдавать. Даже рождественской доброты этих существ надолго не хватало. Решение предложить что-то путнику уже казалось ему опрометчивым.

Я еще раз глянул на горы монет и учтиво покачал головой.

– Прости, но мечты мне дороже золота.

Он был сильно обескуражен, а я свернул плакат трубочкой. Сунул его за пазуху прямо рядом с сердцем, развернулся и пошел прочь.

СЕРП КРОВИ

Я раздобыл карту волшебных стран и путешествовал до тех пор, пока не набрел на самые черные урочища, где гнездились жуткие существа. Так я узнал, что есть три места, которые невидимы всем, кроме угодивших туда жертв. Они расположены среди горных колец, путь в них то открывается, то закрывается вновь, в любом случае сокрытый от взгляда путников.

Эти места назывались Серпами. В первом Серпе Изгнанных ютились все озлобленные духи, изгнанные из волшебной империи. К ним лучше было не заглядывать. Во втором Серпе, называвшемся Серп Насмешников обитали духи-шуты, задразнивавшие до безумия всех, кто к ним забрел. Хоть у них со мной и было что-то общее, но заходить в гости я испугался. Третий Серп был страшнее всех. Серп Крови - сообщество жестоких сверхъестественных убийц, резавших любых живых существ без выбора и с азартом. Вот то место, о котором сообщил мне ангел, но оно мне совсем не понравилось.