Шрифт:
– Нет! – довольно громко оборвал его Эйч Пи и выпрямился.
Он заметил, как они переглянулись. Хрен им, он будет невозмутим.
– Времени у меня полно, и я ничего не собираюсь вам говорить, пока сюда не прибудет адвокат, – уставившись в столешницу, сказал он со всей собранностью, на которую был способен. – Но ради бога, давайте уже говорите сами… – пробормотал он через пару секунд, чтобы заполнить чем-то давящую тишину.
– Отличное предложение, Хенрик.
Мужчина-полицейский, чью фамилию Эйч Пи так и не запомнил, взял стул и сел напротив. Достав из кармана пиджака маленький цифровой диктофон, он поставил его на стол между ними.
– Допрос Хенрика Петтерссона, он же Эйч Пи, третье июня, время пятнадцать тридцать. Присутствуют полицейские инспекторы Русваль и…
– …Хельстрём.
Стигссон нажал на кнопку рядом со стеклом, и вдруг из динамиков послышался голос следователя.
– Так что именно, по-вашему, сделал Хенке? – спросила Ребекка, не обращаясь ни к кому конкретно, в то время как Хельстрём продолжал общаться с диктофоном.
Она постаралась, чтобы голос ее звучал очень спокойно, как будто она не очень-то волнуется по поводу ответа.
– Мы располагаем сведениями о том, что ваш брат планирует какое-то покушение на руководство страны, вероятно, связанное со свадьбой кронпринцессы… [11]
– Шутите?! – вырвалось у нее, и она едва успела взать себя в руки.
Стигссон бегло взглянул на Ребекку, и она прикусила язык. Конечно, все это один большой розыгрыш, СЭПО славится своеобразным чувством юмора, а этот Стигссон – просто клоун ходячий…
Черт подери, возьми себя в руки, Нурмен!
11
Речь идет о свадьбе шведской кронпринцессы Виктории с Даниэлем Вестлингом, состоявшейся 19 июня 2010 г.
Ошибка; ясно, что дело в какой-то гигантской ошибке. Наверное, они спутали Хенке с кем-то еще, перепутали информацию и вломились не в ту квартиру. И это, кстати, не впервые…
– К тому же у нас есть сведения о том, что ваш брат отнюдь не чужд такого рода тяжких преступлений…
– Вы имеете в виду ту историю с Дагом? – перебила его она. – Вообще-то Хенке не виноват, он только пытался защитить меня. К тому же уже пятнадцать лет прошло…
Стигссон покачал головой.
– Нет-нет, случай с гибелью вашего жениха здесь ни при чем, хотя он представляет собой определенный интерес как деталь общей картины… Дело совсем в другом. Посмотрите сами!
Он указал в сторону допросной, где один из следователей только что включил видеопроектор. Съемки – дрожащей рукою на портативную видеокамеру – какой-то стены, голубое небо и несколько темных фасадов. Затем зеленеющие свежей листвой кроны деревьев, под ними ряд уличных кафе. Через пару секунд Ребекка узнала это место. Сквер Кунгстрэгорден. За кадром все усиливающийся стук, источник которого она не сразу смогла определить. Но постепенно с усилением звука она поняла, что это. Топот копыт… Множество копыт, стучащих об асфальт. А когда в кадр въехал королевский кортеж, Ребекка вдруг вздрогнула.
Этот видеоролик он узнал сразу. Сквер Кунгстрэгорден, почти ровно два года назад, кортеж с королевской четой и президентом Греции. Солдаты верхом, зрители вдоль тротуара щелкают камерами мобильных телефонов. Это кино он видел раз сто, знал в лицо каждого участника съемок, помнил наизусть каждое выражение лица. Парень с собачкой, дама в белой шляпке, немецкие туристы с огромными рюкзаками… Что было дальше, он мог рассказать, разбуди его ночью. Вот-вот картинка станет совершенно белой, и одновременно послышится хлопок того же калибра, что ему пришлось пережить у себя в квартире, от чего сильно дернулась рука, державшая видеокамеру. Затем полный хаос, несущиеся лошади, солдаты, лежащие на земле, и орущие в панике люди.
Но вместо того, чтобы сфокусироваться на кортеже, как он ожидал, камера вдруг начинает поворачиваться, снимая панораму. Немного попорхав, она скользит теперь по толпе на другой стороне улицы. Затем выхватывает знакомый силуэт, останавливается, медленно приближает его, пока почти вся фигура не попадает в кадр. Эйч Пи нервно заерзал. И вдруг его слегка затошнило.
Сидящий верхом на мопеде человек в черном. Конечно, темное забрало шлема закрывает лицо, но Ребекка без труда узнает его. Осанка, резкие движения, манера держать голову немного набок. Сомнений никаких…
Она и раньше подозревала, но не стала расспрашивать, потому что не хотела узнать ответ… Мужчина в фильме роется в висевшем на руле пластиковом пакете. Затем достает цилиндрической формы предмет и начинает что-то с ним делать. Стук копыт становится все громче по мере приближения кортежа. Камера еще больше приближает изображение. Мужчина поднимает голову, с секунду ждет, держа предмет в обеих руках. Затем делает рывок одной рукой и заносит ее вверх. Она уже знает, что он бросит перед собой.