Местная уголовка обрадовалась неожиданному, пусть и временному пополнению. Городок небольшой, все друг друга знают как облупленных. Работать опером в таких условиях непросто. Какие там негласные мероприятия? В таком разрезе использовать нас местным сам Бог велел. Да и мы приехали не отсиживаться, а пахать, а посему включились в разработки уголовного розыска в полный рост. Была ли в дальнейшем польза от нашего появления в городе, никто не сообщал. Тайна и есть тайна! Но пару тяжких преступлений, числившихся «висяками», раскрыть помогли. Спустя неделю, весь сводный отряд перебросили в Ессентуки. Ударно поработали и там! Под «занавес» командировки попали в Ставрополь, где тоже в стороне не стояли. За отличные показатели личный состав премировали. Сумма оказалась приличным довеском к командировочным. Пользуясь остававшимся личным временем, пробежался по магазинам. Страна переживала тогда не самый лучший период, достать что-то стоящее было большой проблемой. В одном из расплодившихся «комков» удалось приобрести для Игорька теплый шерстяной костюмчик. Жену тоже не забыл, приготовив сюрприз и для нее.

А уж как моему возвращению домой были рады, словами и передать невозможно! Даже малыш, как мне показалось, улыбался до ушей…

…Воспоминаниями навеяло и сон… Счастливое лицо моей Наташеньки, державшей на руках совсем еще крошечного Игорька, почему-то уже одетого в подаренный костюмчик, тянущего ко мне свои маленькие пухлые ручонки. Как ни странно, в этом возрасте уже вырывающегося и пытающегося сделать свои первые шаги…

На следующий день проснулся поздно. Сказалась накопившаяся за время скитаний усталость. Да и принятый на «душу населения» алкоголь сделал свое дело. По привычке глянув на часы, отметил про себя — одиннадцать. Ну я и силен морду поплющить! Не иначе что-то вроде отходняка — нервы отпустило. В комнате, кроме меня, отдыхали еще несколько, как я понимаю, бойцов с блокпоста, сменившихся со службы. Иначе кто бы им разрешил до такого времени валяться в койке. Кстати, по поводу часов! Так и не посмотрел, что за трофей мне достался? Вынув его из кармана одежды, висящей рядом на спинке стула, отметил, что секундная стрелка стоит на месте. А часики-то дорогие — швейцарские «Тиссот», на ремешке из натуральной кожи. Неплохое наследство! Сейчас заведем, и все будет тип-топ! Пока, разглядывая хронометр, вертел его в руках, заметил, что стрелка, отмеряющая секунды, сдвинулась с места и пошла наматывать привычные ей круги. Через некоторое время встала. С автоподзаводом, сообразил я! Еще лучше — каждый день крутить головку не нужно. Выставив время, дату и день недели, снял старый «будильник», новый напялил на руку. Ну вот! Чем я не «новый русский»? Не одну мою зарплату стоят, насколько в этом понимаю.

Прежние часы решил подарить Виктору. Как заметил накануне, у него «копеечные» электронные, продающиеся киосках на каждом углу. Парень вроде неплохой, ему будет приятно.

Встав с постели, сделал небольшую зарядку, разминая затекшие за ночь мышцы. Почувствовав себя значительно бодрее, принялся за обязательные в мирной жизни утренние процедуры — бритье и умывание…

Умыться можно, как я еще вчера выяснил, на улице, где на забор были подвешены стандартные походные умывальники — обычные емкости с сосками, а под ними вырыта канавка для стока воды. Пока с удовольствием наводил марафет, невольно подслушал разговор двух подчиненных Виктора, вышедших покурить. Полученная в результате этого информация заставила задуматься. О командире высказывались уважительно. Грамотный, зря никого не гнобит, во время нападений в стороне не отсиживается, берет на себя самое опасное направление. Вспоминали, что кого-то при очередном обстреле «духами» поста даже спас. Не робкого десятка, да и еще много чего…

Завтрак совместил с обедом, трапезничая вместе со старлеем в его комнате. Как раз появился повод подогнать ему старый трофей. Не увидев на его руке часов, поинтересовался:

— Вить! Ты куда часы-то дел? У тебя вчера вроде были?

— Да лучше не вспоминать. Пошел ночью в сортир, да в темноте споткнулся. И надо же было так! Специально хрен получится, а часы вдребезги. Бог с ними! В город выберусь — новые куплю, они тут дешевые.

— Не надо покупать. Держи от меня, будешь потом вспоминать.

— Да ну! Не надо. Сам-то как без них?

— Другие имеются, а эти трофейные, так что бери, не стесняйся.

— Ну спасибо тебе большое!

— Не за что!

Наблюдая, как старлей с удовольствием пристраивает на запястье подарок, уточняю:

— А Женьки-то чего не видно?

— А, ты же не в курсе! Его вместе с группой часов в пять утра подкинули. Бэха [27] за ними пришла. Ничего, пока здесь торчишь, еще не раз приедет. Они обычно через наш блок в поиск уходят.

— Ты хочешь сказать, что я тут зависну надолго?

— Пока погостишь. Я тут с «пауками» [28] поговорил, простимулировал, обещали ухитрожопиться и твоим сегодня сообщить, что жив-здоров пропадущий — сидит в тепле, уюте и тушняк лопает! А ты, как я и обещал, позвонишь сегодня домой и в отряд. Денег, я так понимаю, у тебя нет. Ну да что я, обеднею, что ли? Отдам за тебя. Ты бы, думаю, так же сделал.

— Подожди, Витек! Бабки у меня имеются, только не знаю сколько, — вспомнил я о наличных, конфискованных у торговца оружием. — Посчитать надо. Так что с этим не парься. А если доллары будут, а не рубли? Тут же, как я понимаю, обменников нет?

— Они тут даже шекели [29] возьмут. Главное, что это деньги. А сдачу получишь в деревянных.

— И когда ты мне звонок организуешь?

— Нас обычно вечерком подключают. Я уже с местными связистами состыковался, сказали, что часов в шесть врубят. Здесь, в принципе, нормально. Обстреливают редко, но бывает. Если не знаешь, чем заняться, можешь мне помочь. С моими раздолбаями занятия какие-нибудь проведешь. А то я уже ума не приложу, чему их еще научить можно. Женька говорил, что наш пост в два счета выхлопать можно. Ему, конечно, виднее. А не хотелось бы. Поможешь?

— Да не вопрос! Все равно без дела сидеть не приучен. А сколько они уже отслужили?

— Почти по году. Только толку от этого? Учебку закончили. Сам знаешь, чему там пороху не нюхавшие научить могут. Остальное время здесь. А учить-то мне их толком некогда, в хозяйственника да в разводящего превратился.

— Подожди! А старослужащие? Они-то на что? Только харю на подушке морщить? Свой опыт могли бы и передать, не все только «дедовать».

— Какие на хрен старослужащие? Ты, наверно, не в курсе? Давно из армии уволился?