И лишь бы не сломаться самому, ибо приходится идти в непривычном, слишком быстром ритме. А иначе нельзя – троица преследователей далеко не новички, они все первоклассные горняки и привыкли к однообразной силовой работе на пределе. Работе, длящейся иногда по несколько часов.

Раз-два, раз-два, считал про себя Артём, танцуя на педалях. Поворот-«шпилька» и снова раз-два, раз-два. До следующего поворота нужно будет повторить эту дурацкую считалку ещё раз двести. А потом снова и снова. Всё как на тренировках, когда целью было присесть десять тысяч раз или когда нужно было вскарабкаться в крутой холм. Здесь почти то же самое, но с одним отличием – сейчас нельзя прерваться и отдохнуть и в ногах уже сидело больше сотни километров пути.

Артём не представлял, сколько прошло времени с начала подъёма и сколько осталось до вершины, и слегка поплыл, когда внезапно из-за спины выскочил Клясов. И видок у чемпиона был ещё тот – по его лицу ручьём стекал пот, лицо вытянулось и осунулось, под глазами образовались тёмные круги, а на висках и руках вздулись вены. Хватая ртом воздух, Клясов велел:

– Повторяй за мной.

Что повторять? Что ему надо? О чём он?

Ехать вдруг стало легче, и Артём позволил себе упасть в седло и переключил передачу на более лёгкую. И стоило ему всего на секунду сбиться с ритма и вывести мышцы из-под нагрузки, как его скорость упала. Совсем. Он словно упёрся в стену и ехать дальше стало невозможно – мышцы отказали и нога просто не смогла продавить педаль.

Оглянувшись, Клясов прошипел:

– Давай-давай, осталось метров двадцать.

А? Вот даже как.

Артём огляделся и только тогда понял, что они заехали на гору, где под густым лесным покровом стояли надувные ворота промежуточного финиша, рядом с которыми столпились немногочисленные зрители.

Собравшись с силами, воодушевлённый Артём поднялся с седла и, давя на педали весом своего тела, буквально «дошагал» до вершины. А дальше, раскрутив передачу и приняв низкую аэродинамическую посадку, он устремился за Клясовым.

От головокружительного и опасного своими поворотами спуска Артём снова пришёл в ужас, однако на этот раз у него был отличный ведомый в лице капитана. Страшно было до усрачки, но Артём полностью доверился Клясову и, рискуя потерять сцепление с дорогой, на полной скорости летел вниз, на грани фола входя в крутые повороты и «шпильки».

Спуск кончился невероятно быстро, и снова началась последняя гора гонки.

Десять минут отдыха на спуске – ничто, но они позволили немного прочухаться и избавиться от ноющей боли в сводимых судорогами ногах, да и Клясов, осознавший ценность своего грегори, некоторое время тащил его на своём колесе, давая ему возможность вработаться. А на крутизне Артём снова встал с седла и, подобрав передачу, вышел вперёд.

Оглянуться бы и проверить, где соперники, но... страшно. Очень страшно увидеть их прямо за собой. И если отвлечься и потерять скорость, есть шанс, что больше не получиться набрать её снова. Сейчас нельзя терять ритм – иначе можно просто встать. И на этот раз уже надолго.

Нужно идти через немогу, не оглядываясь. Нужно отключить голову и забыть о боли. Нужно забыть, что до вершины ещё бесконечно долго, ведь по другому этот подъём не выдержать. Потому что силы уже кончились, остались лишь гордость и сила воли...

И забыв обо всём, он продолжал ехать вверх, с огромным трудом ворочая педали.

Мир поплыл, в глазах потемнело, и когда сознание вернулось к нему, Артём обнаружил себя стоящим на обочине, облокотившись на руль велосипеда. А Клясов, не оглядываясь, ехал дальше, к вершине, до которой оставалось неизвестно сколько.

Всё, дальше сам, подумал Артём и растянулся на прохладной травке рядом с асфальтом. Внутри у него всё кипело и бурлило, при каждом вдохе в лёгких раздавались хлюпы, а перенапряжение было столь велико, что просто лежать оказалось невозможным и пришлось начать кататься, шевелить руками, дрыгать ногами и делать хоть что-нибудь, чтобы вывести организм из-под нагрузки.

Пока Артём катался и ползал по обочине, мимо него проехали Кальери, Чепрыкин и Лакомб. Артём прикинул, насколько у него получилось оторваться от этой троицы, и внутри него поднялась волна возмущения – после всех нечеловеческих усилий удалось вырвать у преследователей секунд двадцать, не больше.

– Да чтоб вы все попадали на спуске, – искренне пожелал им Артём и продемонстрировал в спину троице оттопыренный средний палец. После чего попытался встать и... не смог. – Хм, прикольно.

Сказав это, Артём перевернулся на спину и, раскинув руки, уставился на виднеющееся сквозь кроны деревьев небо.

Спустя некоторое время рядом раздался сигнал клаксона и, подняв голову, Артём увидел проезжающий мимо Nissan. Из окна машины высунулся Кокорин, кинул на землю авоську с бачком воды и едой и напоследок крикнул:

– Отлично сработал, Тёма!

– Да пошли бы вы, – пробормотал Артём и снова уставился в небо. – Ни хрена не отлично. Я так и не смог доехать до вершины.