Опустившись из головы группы, Клясов подождал Артёма и, поравнявшись с ним, на выдохе приказал:

– Атакуй. Отвлеки народ на себя. Нужно разорвать группу и устроить панику.

– Поедешь в отрыв? – задыхаясь, выдавил из себя Артём.

Клясов кивнул. В ответ Артём отрицательно покачал головой и сказал:

– Рано. Тебя не отпустят и догонят.

– Но я смогу взять этап и поднимусь в генерале.

– На сколько? На десять секунд? Думаешь, тебе отдадут больше?

– Неважно. Главное этап.

– Не тупи, главное – генеральная классификация, – возразил Артём.

– Победа на этапе – реальнее. Сегодня я точно смогу победить.

– И просрёшь шансы на победу в общем зачёте.

– Слушай, ты кто такой, чтобы учить меня? – накинулся на Артёма Клясов. – Ты будешь мне помогать или нет?

– Нет, не буду, – твёрдо сказал Артём. – Ты должен победить в генерале. Забей на этап.

– Вот ты козёл, – процедил сквозь зубы Клясов и, поднажав, поехал к голове группы.

А Артём, собравшись с силами, потянулся за ним следом.

И как оказалось – не зря. Едва Вадим выбрался вперёд, он поднялся с седла и рванул вверх, мгновенно кинув зазевавшимся соперникам зазор в несколько десятков метров.

Он легко мог бы продолжить набирать преимущество и несомненно первым доехал бы до вершины горы с приличной форой по времени, вот только первым, кто среагировал на рывок Клясова и бросился за ним в погоню, – был Артём. И, конечно же, основные соперники Клясова не могли не воспользоваться услугами гонщика, пожелавшего подвезти их к прямому конкуренту по общему зачету, и прицепились к Артёму.

Когда Клясов обернулся, чтобы удостовериться в успехе своего рывка, позади себя он увидел Артёма, за которым тянулась цепочка из десятка гонщиков. Ненадолго впав в ступор от действий своего товарища по команде, Клясов, пока его окончательно не догнали, снова рванул на спринте в гору.

Но Артём ждал подобного хода и мгновенно бросился в погоню за своим капитаном, потянув за собой и его соперников. А те искренне недоумевали, что же за хитромудрые тактические игры устроили гонщики из Urbanvelostore, но отпускать Клясова слишком далеко они не имели права и продолжали как привязанные переть за Артёмом.

И снова стоило только Клясову обернуться, как прямо позади себя он увидел пыхтящего от натуги Артёма. А за ним сидели все его соперники по генеральной классификации.

– Отрежь их от меня! – крикнул Клясов и снова выдал спринтерский кусок вверх. Однако после двух провальных попыток убежать, Клясов значительно потерял в резкости и Артём не без усилий, но всё же догнал его. Притормозив и поравнявшись с Артёмом, Клясов с угрозой спросил: – Что всё это значит?! Ты специально меня догоняешь, что ли?

Немного продышавшись, Артём кивнул и прохрипел:

– Конечно. Я тебя не отпущу.

Заскрипев зубами от злости, Клясов сплюнул и, идя на принцип, опять устремился в атаку.

Чёрт, я больше не выдержу, подумал Артём, снова догоняя Клясова. Если этот лось срочно не успокоится и продолжит натягивать, в следующий раз поймать его будет сложновато. Он уже достаточно серьёзно укатал себя и соперников, но запас хода у него ещё огромный. На менее крутом участке он легко оторвался бы за счёт своей выносливости и скорости, но здесь, в довольно приличном подъёме, ему не удаётся как следует разогнаться и пока что получается ловить его за счёт более мощного и резкого рывка вверх.

Глянув назад и увидев неумолимо приближающегося Артёма и компанию, Клясов взбесился. И его можно было понять – только что он предпринял четыре попытки уехать и победить на этапе, но напарник по команде запорол их все. Нарочно, словно издеваясь над ним, какой-то любитель сработал на соперников и четыре раза притащил их за собой.

И взбесился Клясов неслабо. Так, что даже бросил крутить педали, слез с велосипеда и со злости кинул его на асфальт. После чего ещё и пнул его ногой.

Выместив злость на ни в чём не повинном велосипеде, Клясов переключился на непосредственного виновника своей неудачи. Он подскочил к остановившемуся рядом Артёму и размаху заехал ему кулаком в лицо, попав точно в скулу. Удар получился откровенно слабым и гораздо больший ущерб Клясов причинил своему кулаку, чем голове Артёма.

Поморщившись от боли в руке, Клясов сгрёб велорубашку на груди Артёма и, притянув его к себе, заорал:

– Сука, ты что творишь?!