Шрифт:
— Все, что я делал у вас, было по-настоящему. Я люблю свою работу, всю концепцию фирмы — всё вместе… — закончил он, не сводя глаз с Элроя.
На несколько секунд воцарилась тишина.
Эйч Пи лежал, не шевелясь.
— Твои слова звучат очень искренне, — задумчиво произнес Филипп.
Хенрик кивнул. Все было правдой — правдой до последнего слова! Впервые в истории у него появилась постоянная работа, постоянная подруга и даже нечто похожее на будущее.
Двенадцативольтовый разряд пробудил его ото сна, вернул к реальности, что было по-своему прекрасно! Теперь ему не нужно начинать день с проверки реальности, чтобы отделить фантазии от действительности. Вопрос только в том, что будет происходить дальше?
Его простят?
Похоже, Филипп немного смягчился. Ведь Эйч Пи прекрасно выполнял свою работу — золотой мальчик фирмы ArgosEye.
— Позволь мне изложить свою идею, которая зародилась в моем сознании во время нашей беседы, Хенрик…
Эйч Пи снова закивал.
Изложить, идея, зародилась… Неплохое начало!
— На моей прежней работе в военной разведке мы часто имели дело с лазутчиками, или шпионами, как их еще называют…
Голова Эйч Пи продолжала двигаться вверх-вниз, но движение стало затихать.
— Самые лучшие — те, кого труднее всего раскрыть, — сами не подозревают о том, что они шпионы. Они верят, что то, чем они занимаются, имеет благую цель, и не понимают, что это всего лишь театр. Что ими на самом деле управляют внешние силы…
Голова Эйч Пи замерла на месте. Внезапно ему показалось, что рот у него полон песка.
— Не может ли быть, что и с тобой дело обстоит именно так, Хенрик? Ты искренне веришь в благородство своей цели, но в реальности кто-то другой дергает за ниточки? Заставляет тебя совершать определенные поступки? Видеть то, чего нет?
Она поспешно записала данные с дисплея телефона на бумажке об аренде, свисавшей с зеркала заднего вида:
Спортзал «САЛК» завтра в 18.30
Получается даже раньше, чем она предполагала. Но лучше уж покончить с этим делом, и как можно скорее. Сложив бумажку, она запихнула ее в карман джинсов и вернулась к своему занятию.
Часы показывали половину десятого. Рыжий находился в здании более часу, но ни Хенке, ни Йон пока не показывались. Весь квартал пребывал в дреме, как и положено зажиточному кварталу в воскресенье утром, однако она не могла отделаться от чувства, что Хенке в беде.
Элрой наклонился над ним и на мгновение соединил два старт-кабеля у него перед носом. Между ними с треском пронеслась маленькая голубая молния, и Эйч Пи извернулся всем телом, чтобы отодвинуться.
Филипп не поверил в его историю, что было, впрочем, неудивительно. Эйч Пи сам не понимал до конца, зачем пришел на работу в ArgosEye.
Откуда у него возникла эта идея?
— Ну, как тебе больше нравится? — проговорил Элрой и повторил фокус со старт-кабелями перед его носом.
Еще одна голубая молния, на этот раз побольше. Затем еще одна.
ТРРР!
Фантомы у него в мозгу.
ТРРР!
То, чего нет…
ТРРР!
Просто…
ТРРР!
…сон?
Элрой прикрепил клемму одного кабеля к ноздре Эйч Пи, чем заставил игру теней у него в мозгу прекратиться. Металл был холодным как лед и имел почти болеутоляющий эффект. Затем Элрой преувеличенно медленно стал подносить вторую клемму к первой.
Эйч Пи извивался, отчаянно мотал головой, но все, чего он добился, была отсрочка в пару секунд.
Fuck, fuck, FUCK!!!
Элрой придавил его коленом к кровати и снова стал подносить вторую клемму к его лицу.
Красная.
Значит, синяя уже сидит на месте.
В этот раз ему не придется определяться самому.
Обе таблетки разом.
Просто открыть рот и проглотить…
Клемма приближалась к его лицу. Выбора не было… Пан или пропал?
Красная или синяя?
Клемма уже почти коснулась другой.
5
4
3
2
— Гураб Аль-Байн! — прорычал он за полсекунды до того, как клеммы соприкоснулись и наступила полная чернота.
Глава 29. I’m out! [114]
Голоса.
Возбужденные голоса.
— …ты слышал, что он сказал?
— …Гураб Аль-Байн?
— …группа, о которой мы никогда не слышали…
— …на международной арене…
— Вся операция под угрозой.
— Перенесем встречу на несколько часов, пока все не выяснится. Я вернусь через десять минут…
Эйч Пи сознательно не открывал глаза, быстро проверяя сохранность основных функций. Зрение, слух, ноги и руки вроде бы в порядке. Пах должен был представлять собой сплошной болевой центр, однако мозг решил, по всей видимости, отрезать все связи с пахом — Эйч Пи ничего не чувствовал.
114
Я на свободе! (англ.)