Шрифт:
Goodboy.821: Ты получил мое сообщение?
Farook: Да, но расшифровка заняла некоторое время. Ты стал параноиком похлеще меня.
Goodboy.821: Как ты догадываешься, на то есть веские причины.
Farook: Да, я врубаюсь. Я все прочел.
Goodboy.821: И?
Farook: Я полностью с тобой согласен, брат. То, чем занимается Аргос, неправильно со многих точек зрения. Его действия противоречат всей концепции Интернета. Я знаю немало людей, которые с превеликим удовольствием выволокли бы этих троллей за ушко да на солнышко. Троянская программа — не проблема, я могу ее слепить дня за два, даже здесь. Вопрос скорее в том, как запустить ее в систему…
Farook: То есть ее, конечно, можно взломать. Я знаю несколько человек, которые бы с этим справились, но это займет месяца два. Кроме того, неизвестно, какова будет эффективность — ведь велики шансы, что атаку обнаружат, и тогда действие программы будет ограничено. То же касается попытки послать им «трояна» в качестве скрытого файла…
Goodboy.821: О’кей. Это не совсем тот ответ, которого я ждал.
Farook: Понимаю…
Goodboy.821: Другие предложения?
Farook: Ну, если невозможно ее им послать, остается только загрузить ее вручную.
Goodboy.821: С этого места поподробнее, пожалуйста.
Farook: Ну, это просто мои мысли вслух, но если ты выберешь этот путь, тебе надо пробраться к компьютеру, с которого есть полный доступ в систему. Компьютер рядового сотрудника не подойдет. Ты сам писал, что USB-разъемы на обычном железе дезактивированы, так что надо добраться до правильной железки. Лучше всего — проникнуть туда, где у них стоят серверы, и вставить ее прямо в мейнфрейм. Следишь за мыслью?
Goodboy.821: Слежу!
Farook: Но такая хрень куда опаснее, сам понимаешь…
Goodboy.821: Сляпай «троян», а остальное предоставь мне.
Она просматривала клип и снова перематывала назад.
Размытые кадры, скорее всего, снятые мобильником — однако понять, что они представляют, не составляло труда. Красная земля, люди в лохмотьях — и среди всего этого черные машины. Раздались выстрелы, камера задрожала в руках анонимного оператора, показывая то небо, то землю. Все казалось совершенно нереальным. Словно ей виделся без конца один и тот же сон, но на этот раз сон прокручивался не у нее в голове, а на мониторе компьютера.
Затем машины дали задний ход — они прошли так близко, что оператору пришлось отскочить в сторону. В кадре промелькнула темноволосая женщина, висящая на двери машины.
А вот и он. Прямо перед машиной, и хотя камера поймала его всего на секунду, этого вполне хватило. Если нажать на паузу, можно было различить множество деталей. Его одежда — слишком чистая и целая, чтобы вписаться в окружающую обстановку, фрагмент того, что напоминало хорошо начищенный армейский сапог под одной брючиной. Желтый пакет, висевший у него на руке.
И, наконец, огромный блестящий револьвер, направленный прямо на их машину.
«Прислано вчера прокурору с анонимного интернет-адреса», — сообщил ей ее адвокат.
Кадры были отправлены на анализ, но если они окажутся настоящими, то после Нового года она сможет вернуться на работу.
Иными словами, дядя Таге сдержал свое обещание.
Теперь и она должна в благодарность выполнить его маленькую просьбу.
Ребекка достала мобильник и нажала на кнопочку вызова.
— Да, — сухо ответил брат.
Звуки на заднем фоне свидетельствовали о том, что он на улице.
— «Монумент», — проговорила она.
— Что?!
— Отель «Монумент» — там ты прячешься, не так ли?
В трубке наступила тишина.
— Алло, ты меня слышишь?
— Да. Кто растрепал?
Он старался напустить на себя крутизну, но ей не составило проблем услышать тревогу в его голосе.
— Ты когда-нибудь слышал о человеке, который называет себя МейБей?
— А, этот мнимый полицейский?
— В смысле — мнимый? Ты что, знаешь его?
— Само собой, я порылся в твоем компьютере позавчера, пока тебя не было. Нашел документ, где ты собрала его цитаты, а потом зашел на форум. Я сам занимался такими штуками, когда работал на Филиппа…
Загудела машина, микрофон на мгновение перебил звук, и ей показалось, что их разъединили.
Потом она услышала его шаги. Казалось, что он почти бежит.
— Занимался — чем, Хенке? — раздраженно проговорила она. — Я сейчас не в настроении играть в загадки…
— Троллями.
— Я же тебе сказа…