Шрифт:
* * *
Господь, я вижу, я недостоин,Я сердцем верю, и вера крепка:Когда-нибудь буду я Божий воин,Но так слаба покуда рука.Твоя заря очам моим брезжит,Твое дыханье свежит мне рот,Но свет Твой легкий так сладостно нежит,Что сердце медлит лететь вперед.Я умиляюсь и полем взрытым,Ручьем дороги в тени берез,И путником дальним, шлагбаумом открытым,И запахом ржи, что ветер принес.Еще я плачу, бессильно бедный,Когда ребенка бьют по щекам,Когда на просьбу о корке хлебнойСлышат в ответ сухое: «Не дам!»Меня тревожит вздох мятежный(От этих вздохов, Господь, спаси!),Когда призыв я слышу нежныйТо Моцарта, то Дебюсси.Еще хочу забыть я о горе,И загорается надеждою взор,Когда я чувствую ветер с моряИ грежу о тебе, Босфор!Еще я ревную, мучусь, немею(Господь, мое счастье обереги!),Еще я легким там быть не смею,Где должны быть крылаты шаги.Еще я верю весенним разливам,Люблю левкои и красную медь,Еще мне скучно быть справедливым —Великодушьем хочу гореть. * * *
Какая белизна и кроткий сон!Но силы спящих тихо прибывают,И золоченый, бледный небосклонЗари вуали розой закрывают.В мечтах такие вечера бывают,Когда не знаешь, спишь или не спишь,И каплют медленно алмазы с крыш.Смотря на солнца киноварный знак,Душою умиляешься убогой.О, в этой белой из белейших ракУснуть, не волноваться бы тревогой!Почили… Путник, речью нас не трогай!Никто не скажет, жив ли я, не жив, —Так убедителен тот сон и лжив.Целительный пушится легкий снегИ, кровью нежною горя, алеет,Но для побед, для новых, лучших негПроснуться сердце медлит и не смеет:Так терпеливо летом яблок спеет,Пока багрянцем август не махнет, —И зрелым плод на землю упадет. К Дебюсси
Какая новая любовь и нежностьПринесена с серебряных высот!Лазурная, святая безмятежность,Небесных пчел медвяный, легкий сот!Фонтан Верлена, [24] лунная полянаИ злость жертвенных открытых роз,А в нежных, прерывающихся pianoЗвенит полет классических стрекоз.Пусть говорит нам о сиамских девах,Далеких стран пленяет красота, —В раздробленных, чуть зыблемых напевахСлышна твоя, о Моцарт, простота.И легкая, восторженная Муза,Готовя нежно лепестки венца,Старинного приветствует французаИ небывалой нежности творца![24]Поль Верлен (1844–1896) – французский поэт, один из основоположников символизма.
* * *
Вина весеннего иголкиЯ вновь принять душой готов, —Ведь в каждой лужице – осколкиСтеклянно-алых облаков.На Императорской конюшнеЗаворковал зобатый рой…Как небо сделалось воздушней,Как слаще ветерок сырой!О днях оплаканных не плачьте,Ласкайтесь новою мечтой,Что скоро на высокой мачтеЗабьется вымпел золотой.Ах, плаванья, моря, просторы,Вечерний порт и острова!Забудем пасмурные взорыИ надоевшие слова!Мы снова путники! согласны?Мы пробудились ото сна!Как чудеса твои прекрасны,Кудесница любви, весна! * * *
Еще нежней, еще прелестнейПропел апрель: проснись, воскресниОт сонной, косной суеты!Сегодня снова вспомнишь тыЗабытые зимою песни.Гор'e сердца! – гудят, как пчелы,Колокола, и звон веселыйЗвучит для всех: «Христос воскрес!»– Воистину! – весенний лесВздохнет, а с ним поля и села.Родник забил в душе смущенной, —И радостный, и обновленный,Тебе, Господь, Твое отдам!И, внове созданный Адам,Смотрю я в солнце, умиленный. * * *
Просохшая земля! Прижаться к ней,Бессолнечную смену мертвых днейЯсней позабывать и холодней!О, твердая земля, родная мать!Научишь мудро, просто понимать.Отвыкнет бедная душа хромать.Как сладок дух проснувшейся травы,Как старые ручьи опять новы,Какой покой с высокой синевы!Раскиньтесь, руки, по земле крестом!Подумать: в этом мире, в мире томСпасемся мы Воскреснувшим Христом!Кто грудь земли слезами оросил,Кто мать свою о помощи просил,Исполнится неистощимых сил. Солнце-бык
Как матадоры красным глаз щекочут,Уж рощи кумачами замахали,А солнце-бык на них глядеть не хочет:Его глаза осенние устали.Он медленно ползет на небо выше,Рогами в пруд уставился он синийИ безразлично, как конек на крыше,Глядит на белый и нежданный иней.Теленком скоро, сосунком он будет,На зимней, чуть зелененькой лужайке,Пока к яренью снова не разбудитАпрельская рука весны-хозяйки. Летний сад
Н. А. Юдину