— Двести лет… — прошептала она, съежившись и обхватив руками колени. — Значит, все мои родные и друзья на Земле давно умерли… Значит, нас там никто давно не ждет… Той Земли, которую я помню, вообще больше нет!

Ее глаза, наполненные ужасом и болью, остановились на мне с вопрошающей мольбой.

— Но есть другая Земля — еще более прекрасная и цветущая, чем два века назад, — ободряюще сказал я. — Мы вернемся туда, и все будет хорошо. Тебе понравится там, поверь.

— Вернемся? — Илви недоверчиво посмотрела на меня. — Как мы вернемся из-за горизонта, когда давно умерли для Земли? И потом… — Она замолчала.

— Что потом? — насторожился я.

— Нет, подожди… Мне нужно подумать… Не сейчас.

Она снова легла на постель и отвернулась к стене, зябко кутаясь в простыню. Мне тоже было о чем подумать. Я оказался на планете, среди людей вышедших в космос два столетия назад, еще за долго до моего рождения и всех, кого я знал! Как такое могло случиться? Конечно, вселенная безгранична и не познана пока человечеством в полной мере. Пространство и время переплетены в ней иной раз самым странным образом. Мы пока что только приоткрыли завесу этой извечной тайны, робко заглядывая в ее самые потаенные кладовые, где нас могут ожидать самые неожиданные открытия. Не исключено, что где-то в космосе существуют отдельные области с искривленным временным полем. Там движение времени может происходить в обратном направлении, идти слишком быстро или вовсе останавливаться. Подобное пока не встречалось нашим звездолетчикам, но это не значит, что оно не возможно… А если странное пылевое облако вокруг Красного солнца этой планеты является следствием некоего временного искривления в пространстве, и всякий, кто попадает туда, мгновенно переносится в будущее? Или время останавливается для него на несколько столетий?.. Или он вовсе погибает там?.. Что ж, все это кажется вполне реальным, если вспомнить обстоятельства катастрофы, произошедшей с нашим кораблем, и взглянуть на этих людей, перешагнувших через время. Но тогда получается, что я тоже прошел через это временное искривление! Значит и для меня та Земля, с которой я улетел, так же безвозвратно потеряна, как и для Илви ее прошлое?.. А Юли? Я больше никогда ее не увижу? Непреодолимая пропасть времени пролегла теперь между нами — страшнее, чем смерть!

В ужасе я вскочил с постели. Из темноты послышался голос Илви:

— Ты что, Максим? Что с тобой?

— Так… Ничего, — ответил я, отирая холодную испарину со лба. — Кажется, я понял, что произошло с вами… и возможно со мной.

— И что же? — едва слышно произнесла она дрогнувшим голосом.

Не знаю, сколько я проспал, проплывая через черную пустоту легко и бесшумно, словно облака по небу. Сквозь сон почувствовал, как кто-то осторожно трясет меня за плечо. Еще не совсем проснувшись, я сел на постели, удивленно глядя на присевшую рядом женщину. Святое небо! Значит все это не сон?.. Илви Плиант внимательно и придирчиво изучала мое лицо из-под пушистой пряди волос, упавшей ей на глаза.

— Что-нибудь случилось? — сонно спросил я, зябко кутаясь в свой спальник.

Она хотела ответить, но в это время раздался зуммер вызова и Илви пошла открывать дверь. Через минуту в домик вошел большеголовый человек — угрюмый, высокий и бородатый — тот самый, которого мы видели накануне около домика Эвида. Темные настороженные глаза его под густыми сросшимися бровями быстро обежали помещение и остановились на мне. Полумаска биофильтра болталась у него на шее, как причудливый амулет.

— Вас просят пройти в главное здание, — без дальних предисловий вымолвил он. Голос у него был глухой и невыразительный. Я догадался, что «главным зданием» он именует домик Эвида.

— Зачем?

— С вами хотят поговорить!

Бородач потоптался на месте и поспешно вышел из домика, плотно прикрыв за собой дверь переходного тамбура.

— О чем задумался?

Я взглянул на Илви. Поджав ноги, она уселась на диван и внимательно смотрела на меня. Лицо ее казалось припухшим, а глаза слегка покраснели, — верный признак недавних слез. Мне сразу же вспомнился наш вчерашний разговор, и на душе стало тоскливо и скверно.

— Кто этот человек?

— Это? Хон Блант.

Мне показалось, что она брезгливо поморщилась, произнося это имя.

— Он помощник Эвида?

— Помощник?.. Хм… Пожалуй да, — в ее глазах появилась легкая усмешка.

— А тот, седой? Кто он?

— Это Хаим Вилен.

— Он кто?

Казалось, мой вопрос удивил Илви.

— Человек! — Она приподняла одну бровь, пожимая плечами. — Просто Эвид доверяет ему больше остальных.

— А разве Эвид решает все вопросы единолично? Без Совета экспедиции?

Я пожалел, что задал этот вопрос, потому что в глазах Илви снова появилась непроницаемая завеса.

— Так ты идешь туда? — нетерпеливо спросила она.

— Иду если это так необходимо.

Снаружи все пространство вокруг заполнял дрожащий красный туман… Хотя скорее это был не туман, а что-то на вроде зыбкого марева, какое встает в знойный полдень над горизонтом. Но на поверхности было совсем не жарко. Толстые пласты низких черных облаков нависали над равниной, грозя в любую минуту рухнуть в черную болотную грязь. Алый шар солнца плавал между ними почти над самым горизонтом, подсвечивая облака снизу и окрашивая их кроваво-красным цветом. Едва уловимый ветерок принес с болота смрадные волны испарений, и я едва не задохнулся, прикрыв рукой лицо.

Домиков в лагере оказалось восемь. Приземистые и темные, они прижались к земле, словно придавленные этим мрачным небом. И нигде не было видно ни одной живой души! Не было здесь ни научного оборудования, ни транспортных средств, и самое главное — я не увидел нигде на обозримом пространстве их корабля. Посмотрел на Илви. Лицо и волосы ее приобрели сейчас яркий медный оттенок, а в глазах полыхал недобрый красный огонь. В домике при земном освещении она казалась более близкой и женственной. В лучах же красной зари лицо ее обрело сатанинскую красоту.