— Ну, вот и хорошо! Тогда все устраивается как нельзя лучше. Вам очень везет, Новак!

Он поднялся, давая понять, что на этом наш разговор закончен. Илви потянула меня за руку к двери переходного тамбура. Всю обратную дорогу она молчала и лишь, когда мы оказались за прочными стенами ее домика в теплой и светлой комнате, она облегченно вздохнула.

— Наконец-то!

Я внимательно посмотрел на нее, ожидая объяснений, но она равнодушно прошла мимо и принялась стелить постель.

— Может быть, ты объяснишь мне, что все это значит?

Я наблюдал за ее точными, быстрыми движениями.

— Что именно?

— Всю эту таинственность, которой вы здесь себя окружили, эти недомолвки… Ты думаешь, я ничего не замечаю?

Илви закончила стелить постель и теперь стояла над нею, оценивая проделанное. На мои слова она никак не отреагировала.

— Илви!

— Ну что? — Она, наконец, повернулась ко мне, и устало посмотрела мне в глаза. — Тебе действительно не терпится докопаться до всего сразу? Такой нетерпеливый, да?

— Как это понимать? Я все-таки впервые вижу всех вас, и мне хотелось бы…

— И что с того? — перебила она меня и пожала плечами. — Все равно у тебя нет другого выхода! Наберись терпения и жди.

— Ждать? Чего?

— Послушай, давай ложиться спать? Я страшно устала сегодня, а тут еще ты со своими расспросами!

Она снова осмотрела постель и присела на самый краешек. Взглянула на меня выжидательно.

— Отвернись-ка! Мне нужно переодеться.

Я прошел в дальний угол помещения, раскрыл свой БЖО и достал спальный мешок с матрацем. За спиной у меня послышался шорох снимаемой одежды и легкая возня.

— Погаси, пожалуйста, свет! — попросила она.

Я посмотрел на нее. Илви лежала, заложив руки за голову. Простыня, накинутая на нее, почти ничего не скрывала. С чего это она стала такой скромницей? Зеленые глазищи ее светились, как у кошки.

Я, молча, расстелил на полу у противоположной стены надувной матрац и, погасив свет, залез в спальный мешок. Комната погрузилась в теплые сумерки, и только сигнальный огонек над входной дверью горел пристальным оранжевым глазком.

— Послушай, Илви, а почему у вас в экспедиции такое старое оборудование? Все здесь выглядит, словно из музея космонавтики.

В темноте послышалось шуршание ее простыни. Судя по всему, она повернулась в мою сторону.

— Ты шутишь? — неподдельно изумилась она. — Сейчас все экспедиции оснащены так же, как мы! Или ты хочешь сказать, что за прошедшие три года изобрели что-то кардинально новое?.. Хотя, кое-что из твоего снаряжения мне тоже показалось странным.

— Ошибаешься. Всем этим оборудованием, такими домиками звездные экспедиции не комплектуются уже добрую сотню лет, а то и больше.

— Ха! — театрально воскликнула она из темноты. — Очень смешно! Браво! А ты оказывается юморист?

— Да нет. В самом деле. Почему я ничего не слышал о вашей экспедиции на Земле? Когда вы стартовали?

— Я же говорила! Три года назад, летом четыреста шестьдесят восьмого года.

— Прости? — Я сел на своей импровизированной постели. — Ты сказала «четыреста шестьдесят восьмого»? Я не ослышался?

— Нет… А в чем дело? — теперь в ее голосе послышалось легкое напряжение. Она включила свет, и села на постели, с легкой тревогой глядя на меня.

— Как ты думаешь, который сейчас год? — спросил я, пристально наблюдая за ней. Может быть, она не совсем здорова?

— Ну… если считать время нашего пути и время, проведенное здесь, сейчас должен быть уже 471 год Мирового Воссоединения… Разве нет? — Илви слегка неуверенно посмотрела на меня.

Я покачал головой.

— Нет. Илви! Я родился в 642 году. Двадцать лет назад человечество открыло кладовые в пирамидах Марса и древнюю сокровищницу в Гизе. Десять лет назад на Терре заселились первые города, а сто лет назад были изобретены импульсные звездолеты… Сейчас 671 год Мирового Воссоединения!

— Импульсные звездолеты… — медленно повторила она. — Седьмое столетие…

Некоторое время она сидела на постели, бессмысленно глядя в пространство перед собой. Я терпеливо ждал, внимательно наблюдая за ней. Что-то действительно странное творилось на этой планете и с этими людьми, и оно пока не укладывалось в моей голове.

— Двести лет? — тихо произнесла Илви и с ужасом посмотрела на меня. — Но как такое возможно?.. Максим? Ты меня не разыгрываешь?

Я покачал головой.